С архимагом в голове. Том 1 и 2.

— А кто такие эти кадавры? — спросил я, но Грай проигнорировал мой вопрос с таким же равнодушием, с каким раньше промолчал на вопросы остальных. Криповая школьная традиция? Мерзкая черта характера адепта?

— Нильям, готов? — поинтересовался Эрам. Я кивнул. Точила для меча у меня при себе не было, но оно и не требовалось: меч заточен так, что им можно бриться.

— Готовы выступать? — поинтересовался Эрам у группы Амира.

— Да… Только вот у нас нет достаточного количества клинков и кинжалов. Как видите, туннель чист: ни камней, ни палок, которые можно использовать в качестве оружия.

А большинство из наших не хотят отсиживаться за спинами. Можете одолжить им ножны? Понимаю, что биться ножнами — плохая идея…

— Да нет, — перебил виконт, — замечательная идея. Парни! Давайте одолжим ножны нашим соратникам.

Я отвязал от пояса ножны, прокованные тонкими полосками металла, и протянул Гильфу Галасу, обычному молчаливому парню. В крысятничестве никто из поступивших в школу замечен не был, поэтому аристо отдавали вещи без всякого недоверия и вопросов по типу «а точно ли отдашь?» Каждый понимал, что если человек согласен обороняться даже подручными средствами, то грех смеяться над этим или жлобиться.

К тому же, в случае конфликта вооруженный человек без проблем вернет ножны, которые одолжил безоружному.

Наконец мы выступили. Впереди шли Эрам, бароны Игнас Михра и Блай Калон, Амир, я и четыре вооруженных простолюдина из последних пунктов сбора, которые, по их словам, умели обращаться с оружием.

Не верить людям с мечом, которые изъявили желание идти вперед строя, не было причин. Подростки уверенно держали клинки, а на более весомое доказательство не было времени.

Подземный коридор был метров восемь в ширину. Изредка мы проходили повороты: боковые коридоры были как аккуратные, без единой шероховатости на стенах и полу, так и грубые, будто их проделывали не люди, а огромные черви. Из таких ответвлений тянуло как влагой и дохлятиной, так и присущим пустыне сухостью, жаром.

— Знал бы, воды набрал, — сказал кто-то.

Толпа одобрительно загудела. Даже я не отказался бы попить, хоть и не чувствовал особой жажды.

Я посмотрел на Грая, который в очередной раз забулькал фляжечкой.

— Алкоголь вызывает обезвоживание, — подсказал Апелиус.

— Да я и не думал…

— И не думай. Пьянство заставляет людей тупеть, смещает ориентиры, отравляет. Поверь, там нет ничего хорошего.

Под нравоучение архимага мы без всяких проблем преодолели первый километр пути.