Выгодная сделка

Скирм лишь хмыкнул — его позабавили представления солдат о хорошей оплате, ведь прощаемый одному ему за то же самое долг был на порядок больше обещанного всем пятерым. Причин он не знал, но предполагал, что дело в том, что Омус из Енгорема отказался даже за внушительные деньги не только восхвалять кагана перед народом, но и воздержаться от поношений в его адрес.

Больше Баруг не знал ничего. Скирм поблагодарил и одним движением перерезал тому горло.

Тивиец вернулся к раненому старику. Он лежал на полу пещеры, придерживая руками древко пронзившего его тело оружия.

Омуса бил озноб.

— Похорони их по-человечески, — разлепил губы он, глядя в темноту.

— Хорошо, — мотнул головой Скирм. — Вот, — он стянул плащ и осторожно укутал проповедника, — надо развести костер.

— Хворост там, в глубине, я прошлый раз заготовил.

Скирм притащил охапку сухих веток и сложил рядом с Омусом. Затем настрогал растопку, высек кресалом искры на трут, раздул и развел костер.

— Надо осмотреть рану, — Скирм отодвинул плащ и увидел, что чуть подрагивавшее в такт неглубокому дыханию рубище потемнело от крови.

— С ней все в порядке, — старик слегка усмехнулся через силу, — она смертельная. Есть кое-что поважнее. У нас мало времени, поэтому слушай и не перебивай. Я хочу, чтобы ты отдал мою голову тому, кто тебя за ней послал...

— Нет! — не своим голосом воскликнул Скирм.

— Не перебивай, — в интонациях проповедника зазвенел металл. — Голову отдашь. Уже скоро она будет мне без надобности, но только не медальон.

В нем слезы, пролитые Богиней. Теперь он твой. Запомни: никогда его не снимай. Он может покинуть владельца исключительно с головой. Отдашь, только когда уже не сможешь продолжать.

Я давно просил Одноглазую о преемнике. За мной давно охотятся. А я стар и немощен. Для меня эта ноша уже непосильна. Теперь твоя очередь. Богиня вняла моим мольбам. Дальше ты понесешь ее слово вместо меня. Ты свиреп и бесстрашен. Ты справишься.

— Я? Я же сказал тебе, кто я! Я не святой! Я даже не хороший человек! Я — грешник, чье имя проклято.

Как я могу нести слово Богини?

— Прошлое не важно, Скирм. Сегодня ты родился заново. Когда-то такое произошло в Енгореме с торговцем абортирующими настойками и опьяняющими снадобьями, Мамунном из Соморры, который стал известен как Омус. Важно будущее. А его ты творишь сам. Таким, каким захочешь.

— Я не смогу, я не знаю как. Я... какой из меня проповедник? Я не держал в руках ни одной книги, я и читать не умею.