После России. Revised Edition

– Агент Карпов сообщает, что операции по линии НОРТ курируют лично Лапников и Фадеев. Предвидя ваш вопрос, могу сказать: косвенные факты подтверждают, что Фадеев действительно может оказаться нашим старым другом – Петром Владимировичем Заостровским. И тогда вся эта пироговская история обретает совсем иное звучание, коллеги. – Михайлов вопросительно посмотрел на Жихова, тот – на Уиллса.

– А как ушёл московский шпион? Если вы рассчитывали поймать его, почему в итоге задержали какого-то студентика? Почему не задержали москвича? Кто он, чёрт побери? – Ковалевский был явно недоволен.

«Пошипи, пошипи, змей польский!» – злобно подумал Михайлов и снова посмотрел на невозмутимого Жихова. Тот ели заметно кивнул.

– Очевидно, перестраховались. Задержанный студент работал в ресторане, а агенту пришлось бы приложить массу усилий для проникновения на место. В конце концов он не знал, что ловушка устроена специально для него. Теперь о его личности. Я уже разослал установленный отчёт в инстанции, но на словах могу кратко сообщить.

Вот его видеопортрет. – В углу кабинета появилось трёхмерное изображение лысоватого немолодого человека, с неприметным, смазанным лицом, небольшого роста, одетого в неброский бушлат. – В Екатеринбург прибыл из Кургана. В Кургане зарегистрировался как беженец из Поволжской Федерации Вадим Олегович Мурашов. По предоставленным документам жил в Самаре, работал в правительстве заместителем начальника отдела в Министерстве социальной защиты населения. Некий Мурашов действительно там работал, но, учитывая, как быстро все случилось, никаких файлов по ряду министерств у нас так и нет.

– Надеюсь, всех, кто выдаёт себя за сотрудников этих пропавших министерств, вы уже ищете? – поинтересовался Уиллс.

– Ситуация с ними с самого начала была сомнительной. Собственно, и этот Мурашов потому и попал в зону нашего внимания! – скромно доложил Жихов.

Уиллс удовлетворенно кивнул, а Ковалевский явно предпочёл бы поймать уральских коллег на недоработке и потому был нескрываемо расстроен.

– Тем не менее в Кургане его вскоре потеряли. Он переехал в Екатеринбург и здесь, очевидно, начал методичный обход сочувствующих. Людей искали по виртуальным сетям, там целая система скрытого психологического тестирования с элементами зомбирования – известные в общем-то разработки. Он обошёл все подставы, кроме одной. Там, господа, мы применили метод скрытого контроля сознания: человек был активным врагом республики, мы его арестовали, он прошел спецобработку.