Шаг в сторону

И правильно — чего дёргаться, когда и мизинцем пошевелить не можешь… Осталось лишь погрузить пальцы в мягкое поле, дотянуться до её виска — и всё станет ясно: кто она такая, о чём лжёт, чего хочет…

Со вздохом он свернул поле.

Карина осторожно села, тряхнула головой и недоверчиво на него уставилась.

— Ты же победил.

— И что? — он с трудом поднялся на ноги. — Пошли. Надо забрать кристаллы. Твой муж там, наверное, уже с ума сошёл, потеряв с тобой связь.

На ходу он с сожалением оглядывал нанесённые театру разрушения: разбитый фонтан, обломки фигурной арки, вырванная с корнем люстра в коридорчике… Снова от всего сердца извинился перед мендорийскими мастерами.

Шнурок с двумя кристаллами — Ортеевым и его собственным — он нашёл на дне оркестровой ямы. Протянул наставнице с ухмылкой: тот жест ярости, когда она сорвала их со своей шеи, тоже был продуманным. Ему было бы легче предугадывать её намерения, если бы проводник находился у неё на груди во время боя. Развернулся, чтобы выбраться из углубления, но тут она схватила его за руку.

— Постой, — и потянула вниз, заставляя сесть на пол. — Я держу обещания.

— Ты серьёзно?

Деревянные стенки ямы словно бы отгораживали их двоих от остального мира. Чёрные глаза блестели, отражая свет огромной люстры над головой. Марк нерешительно, всё ещё подозревая подвох, протянул ладони к её вискам.

— Всё, что хочешь знать, — шепнула она. — Только недолго, Марк… Ты сегодня уже вреза́лся, много не выдержишь.

Не почувствовав даже тонкой корочки сопротивления, он оказался в её сознании.

Кто ты такая? Расскажи с самого начала.

С самого начала долго…

Расскажи.

Глава 11. Перекрёстная точка

Счастье. Простое, солнечное, головокружительное. Босиком по уже протоптанной тропинке очередной степной стоянки, под ржание лошадей, лай собак и весёлый гомон остальной детворы. Длинная широкая юбка, сшитая из разноцветных полос, метёт землю. В руке — ладошка сестры. Вокруг — густой, звенящий от песен, полный жизни и свободы воздух родного племени.

***

Мама улыбается, глядя снизу вверх.

Натянутый канат под ногами дрожит под порывами ветра. Это не страшно, когда дружишь с ветром, когда чувствуешь ритм его дыхания. Тогда он не мешает, а напротив — подхватывает и поддерживает в нужный миг.

Раз, два — поворот на пальцах ног, колесо, ловкое падение, трение каната под руками, бросок вверх и миг невесомости — и снова удачное приземление ровно на цыпочки.