Шаг в сторону

Вряд ли они сработали как надо — следом за этим раздались два выстрела.

— За мной, — велел альб, выглянув из-за угла.

За дверью начинались ступени вниз — к сцене, между ровными рядами кресел; к двум застывшим друг напротив друга фигур.

— Вот! — взвизгнул жмущийся к сцене тощий мендориец в очках, увидев Марка с Кариной. — Вот ваша честность! Вас здесь не двое — даже в этом обманули!

В проходе, почти под его ногами лежало тело второго человека. Марк быстро проверил: уже почти мёртв. Аргент стоял к ним спиной, целясь из огнестрела в безоружного мендорийца, с которым, очевидно, и вёл «переговоры».

На сцене, над макушкой человека чуть слышно гудел серый ящик.

— Нотт, сюда, — велел аргент, не оборачиваясь. — Готовься врезаться.

— Нотт? — мендориец побледнел ещё больше, выговаривая ареносское слово. — Нет… Я протестую. После такого можете забыть о любых договорённостях. Вы не имеете права, вы обещали…

— Я предупреждал, что информацию лучше было предоставить добровольно, — невозмутимо перебил аргент.

— Готов, нотт?

Альб по его кивку скрутил руки вяло сопротивляющемуся человеку.

— Что нужно узнать? — во рту у Марка пересохло. Чёрт побери, он на это не соглашался…

— Врезайся, — сухо велел альб. — Я буду задавать вопросы. Просто говори, что видишь.

Марк с чувством обречённости перешагнул через мёртвого телохранителя и протянул руки к вискам несчастного пленника.

***

Было паршиво.

От проделанного. От того, как аргент доложил в рацию об «исходе-три» и, получив недвусмысленный приказ голосом Юлоны, без колебаний прострелил человеку лоб.

От того, как форсы, переглянувшись, достали большие мешки из плотной черной ткани (заранее подготовленные, чёрт побери!), брезгливо упаковали в них тела и утащили прочь. На вопрос Карины, что делать дальше, аргент безразлично ответил:

— Ждите указаний. Остальные вряд ли скоро закончат. Можете потренироваться, — он обвёл глазами просторный амфитеатр и остановился взглядом на сером ящике у сцены.

— А, да. Выключайте эту штуку, потом заберут.

— Потренироваться? — неверящим тоном повторил Марк, уже когда двери закрылись за старшими. — Он серьёзно?

Карина, не отвечая, опустилась в одно из кресел в переднем ряду и уставилась на два тёмных пятна на полу, на которые Марк изо всех сил старался не смотреть.

Необъяснимое злобное раздражение свернулось в груди тугим комком, запустило по телу липкие щупальца.

— Тебя хоть что-нибудь трогает? — выпалил он.