Незаконченное дело

Кардан скормил его заживо своим чудовищам, запертым вон в той занавешенной парусом клетке. В тот день, когда приходил сюда со своим магом и жёг костер из Фареодура и Пепсара. Он скормил им сначала остатки тел наших парней, а затем Вилку. За то, что тот попытался ударить его сквозь клетку. А после этого сказал мне, что если ещё раз мы проявим непослушание, то он скормит тварям тебя. Прости, что не сказал тебе раньше. Я просто не мог. Я… – голос подвёл капитана и пресёкся. Исангаст скорбно замолчал и отвёл глаза в пол. Люциус молчал, и его молчание было невыносимо.

Капитан хотел, чтобы он начал орать, чтобы ударил его, чтобы обвинял в гибели парней. Жаждал, чтобы Люциус сделал хоть что-то, хоть как-то проявил своё недовольство. Однако этого не случилось.

Люциус молча выслушал исповедь капитана, а затем подошёл к стене, к которой недавно был прикован, беспомощно осел возле неё, уткнувшись лицом в сложенные руки, и замер. Исангаст не знал, что ему делать, а потому продолжал стоять, буравя взглядом пол и сгорая от стыда и чувства вины перед своим последним подчинённым.

Наконец он собрался с силами и сказал:

– Парень, я…

– Мы не выберемся, капитан, – Люциус поднял мокрое от слез лицо и уставился на Исангаста. – Мы не выберемся. Мы просто себя обманываем. Вилка мёртв, Дорф с командой наверняка тоже. Их, скорее всего, перерезали ещё в день переговоров. И мы скоро к ним присоединимся, капитан. Мы… – и, не договорив, он снова уткнулся лицом в сложенные руки. Исангаст с немым удивлением и тяжёлой грустью смотрел на него.

Известие о гибели Вилки сломало его. До сего момента Люциус держался просто замечательно, намного лучше самого капитана, которого он постоянно подбадривал. Что ж, теперь настала его очередь. Настало время быть капитаном не только по званию.

Исангаст подошёл к нему, присел на корточки и положил ему скованные цепью руки на плечо:

– Слушай, парень мы потеряли многих друзей, это правда. Но мы с тобой ещё живы. У нас ещё есть то, чего их лишили. И я уверен, что наши ребята меньше всего хотели бы, чтобы ты сейчас сдался.

У нас с тобой ещё осталось дело в Алкиилоне, и кроме нас его никто не сделает, – капитан сделал паузу, погружаясь в мысли, которые лелеял и полировал все эти дни. Наконец, он продолжил: – Нас предал Намор. Кровь наших братьев на его руках. Но самое главное, – тут Исангаст схватил Люциуса за шею и поднял его голову. Стальной взгляд встретился с ярко-голубым. – Самое главное, Люциус, это то, что в Алкиилоне остались близкие нам люди.