Хроники орка

Мышка ловко соскочила туда, и, как ни в чём не бывало, оглядела всех присутствующих маленькими глазками-бусинками. Аккуратно погладив зверька по серой спине пальцем, легионер спрятал его куда-то под пластины своего доспеха.

— А? Что, нравится? — обратился Мункэ к Малышу, увидев, что тот таращится на лежащий без ножен между двух крестовин чёрный ятаган.

Малыш молча кивнул

— Это оружие наших предков. Мы такие уже не делаем. Разучились. У этого лезвия своя душа, своя воля. Он не каждому в руки пойдёт. А к кому пойдёт, то ещё неизвестно, кто чьим хозяином будет — орк ятагана или ятаган орка.

— А встречались тебе полностью закованные в броню орки, марширующие по степи своим ходом? — спросил бека ворон.

— А? Нет! — очень удивился Мункэ. — Как такое возможно? Это, опять же, в легендах было. Ворон, ты где этого набрался?

Имперский комиссар промолчал.

— Какая-то орочья баба тебе наплела? Как ребёнку? — не унимался Мункэ.

— Не орочья, — неожиданно вставил Улуг. — Мы не орки. Мы — огры-великаны. Орки-южане никогда нам не будут братьями.

“Орка бояться — в бой не ходить.”

Народная мудрость.

Воздух был ужасно холодным и неподвижным. Абсолютный штиль. Я сделал несколько взмахов крыльями, чтобы подняться ещё выше. Теперь я видел всё. Орки Мункэ верхом на скуластых и клыкастых вепрях построились “свиньёй”. На острие клина сам бек на хряке, одна пара клыков которого выдавалась высоко вверх, а вторая торчала двумя саблями вниз. Фланги прикрывали варги Улуга. С орками-наездниками, разумеется.

Сам Улуг сидел на чёрном двухголовом варге-мутанте. Причём, обе головы чудовища были вполне жизнеспособны, и, кажется, даже пытались грызться друг с другом. Позади всего этого строя размещалась цепочка повозок с огромными арбалетами-скорпионами. Перемещать их по полю боя были готовы запряжённые яки.

Армия Мункэ заняла вершину пологого холма. А в долине у его подножия разворачивалось пёстрое воинство противников. В его состав входили не только наездники на варгах. Здесь были всадники на овцебыках, шерстистых носорогах и даже на мамонтах, чьи несколько хоботов неспешно качали устрашающего вида булавы и рогатины размером с бревно.

Предводитель всей этой орды, шаман Хулагу, восседал на белом медведе, едва меньше самого мамонта. Только морда его была короткой, широкой и больше напоминала уродливое человеческое лицо. Медведя, а не Хулагу. Сам шаман, как для орка, выглядел весьма необычно. Его высокую мускулистую фигуру можно было даже назвать стройной.