Молния против демонов

Мы с Сабуро наломали в ближайших кустах веток и притащили их в расселину. Кин поджег их и вскоре у нас запылал небольшой аккуратный костерок. В горах быстро вечерело, вскоре здесь наступит ночь, а мы так и не добрались до Храма. Если даже днем здесь бесчинствуют ёкаи, то что же тогда здесь творится ночью? Нам желательно бы добраться до какого-нибудь горного селения, чтобы укрыться там на ночь, а то мы рискуем не пережить ближайшие двенадцать часов.

Снаружи раздалось знакомое пощелкивание и стрекотание.

— Ну вот, Нетто уже вернулся, — сказал Сабуро и чуточку встревожился. — А что же это он так быстро, неужто ничего не нашел?

Мы вышли наружу и обнаружили амикири, порхающего рядом со скалой. При виде нас он быстро защелкал клешнями и поднялся выше.

— Он нашел какое-то животное здесь, неподалеку, — сказал Обакэ. — Говорит, что оно вполне подойдет нам для пропитания.

— Отлично, тогда пусть отведет нас туда, — сказал я и вернувшись в расселину, сказал: — Сабуро и Кин, пойдем со мной на охоту, а ты, Маюми, оставайся здесь, поддерживай костер.

Девушка сердито поглядела на меня и я сразу понял, что передо мной образчик современного воинствующего феминизма.

— А с чего это ты вдруг решил, что я должна оставаться? — задиристо спросила она. — Почему Кин или Сабуро не могут остаться и натаскать нам травы?

Я тяжко вздохнул, потому что мы теряли время на бесплодные споры.

— Потому что Кин нужен, для того, чтобы поджечь животное на расстоянии. Сабуро будет идти за своим питомцем, так как Нетто — это его зверек и он доверяет своему хозяину больше, чем кому-либо из нас. Ну, а я потащу Обакэ, потому что он понимает щебетание Нетто. Понятно тебе?

Вроде бы я объяснил все логично и ясно, но, как известно, у барышень не всегда лады с этими понятиями. Похоже, что Маюми устала и хотела отдохнуть, а поэтому стала раздражительная еще больше, чем обычно.

— Ну и что, вместо Кина я могу пойти вместе с вами и точно также отлично поймать животное на расстоянии, — живо возразила она.

— Так-то оно так и с этим никто не спорит, — сказал я примирительно. — Но мне казалось, что ты гуманная девушка и не любишь смотреть, как мы будем убивать живое существо. Я действовал только из этих соображений.