Верховный маг крепости Глад

Что вас ждет, если не покоритесь!

  С площадки позади Молога слетает ткань. Семь коротких столбов. Распятые, измученные пытками следопыты патруля. Тут даже у меня зашевелились волосы на затылке.

  С ребер содрано мясо, обнажая белые кости. Гортани переломаны, языки выдраны. Сделано все, чтобы они не могли нам ничего сказать. Даже попросить об отмщении. Ноги превращены в черные обугленные культяпки. Ребята пережили море невыносимых страданий. Ни одного живого места от пыток. Целые только глаза, полные боли.

И самое страшное... С такими ранами не живут. Они продолжают жить, даже не могут дышать, только извиваются от недостатка кислорода.

  - Это будет с вами, - торжествуя, говорит Молог, - Я рассказал вам о милости Изгну. А это - его кара. Все еще не хочешь отступить, Азидал? Желаешь подобного для своих людей? Я знаю, ты о них очень печешься.

  Первым желанием было отдать приказ стрелометам прервать страдания ребят. Но это лишь причинит им еще больше боли. Внутри я ругался, ярился, орал и брызгал пеной изо рта, грозя всеми карами.

А также просил прощения у страдающих следопытов, что не уберег, что позволил. Но снаружи... О, мой голос был спокойным и размеренным, не угрожающим. Я просто оповестил:

  - Молог, моя сила для тебя невыносимый яд. Ты это уже прочувствовал. Когда я тобой займусь, ты будешь страдать в сто крат сильнее, чем они.

  - Пустые угрозы, - махнул он рукой.

  Но я чувствую его неуверенность и опаску. Вперед неожиданно выходит верховный шаман.

Он встает ровно у границы барьера. Поднимает руку, когтистые, длинные пальцы плавно скользят вперед, похожие на змей.

  Пальцы касаются барьера. Там, где он проводит рукой, проявляется золотые искры, жалят едкими молниями вторженца. Он с трудом продавливает стену. С шипением отдергивает руку. Прячет дымящуюся конечность в широких рукавах балахона.

  - Действительно, работа Мастера, - на прекрасном имперском, с рычащим акцентом, молвит он, - Сними его, и я позволю им умереть.

  Шаман никак не усиливал голос. Он говорил тихо, спокойно, но его голос слышали все. Как будто он стоит совсем рядом, шепчет на ухо.

  Я обращаю на него внимания меньше, чем на пролетающую мимо муху. Кажется, его это задело.

  - Молог. Здесь падешь ты, твой Орден, и эти выкидыши Изгну. Проваливай к войску, разговор окончен.

  - Я еще ни разу не познал поражения, - издевательски хвалится он.

  - Значит, познаешь. Я все сказал.