Кусака

Если их не станет, то и жить ни к чему.

  А так, я пью кофе, запихиваю в себя последний безумно вкусный пончик и собираюсь за удочкой.

  Стоило выйти на улицу и Димка тотчас принялся канючить, чтобы я взял машину. На это я резонно заметил, что следовало чесаться загодя. Кроме того, наш четвероногий друг потребует столько времени для парковки, что собственно на поиски рыболовной принадлежности его и не останется. Лишь после этого мне благосклонно разрешили провести вип-персону к остановке трамвая.

  На самом деле причина моего упрямства несколько иного толка. Вчера позвонил Костик - один из охранников кооператива и сообщил, что между гаражами шастают "загорелые", как он их называет и внимательно изучают нумерацию боксов. В разговор со сторожами не вступают и тут же исчезают, чтобы появиться в другом месте. Вроде бы ничего особенного, но Леонид Борисович две недели назад предупредил избегать любых опасных, конфликтных и просто непонятных ситуаций.

  Немудрено, если вспомнить, сколько парней из группы за последнее время погибли. И казалось бы, гибель товарищей ничем не связана между собой - автомобильная катастрофа, пищевое отравление и неудачный гоп-стоп, но Кожемякин что-то чует. Как тогда, когда посылал за Назимом. Послушали бы начальника, проявили двойную осторожность и Басмач уже сидел бы за решёткой. А так...

  - Дзинь, - сказали двери трамвая, открываясь и рослый смуглый мужчина с короткой бородкой вышел наружу, мазнув по Димке взглядом тёмных глаз.

  Стало тревожно, как перед началом грозы, но ничего особенного не произошло. Подсаживая Димку я коротко выдохнул, приводя нервы в порядок. Обычный туркмен и что с того? У нас вон дворником узбек работает, а в булочной армянин заправляет, из-за них тоже переживать? Сам не могу понять, в чём дело. Позвонить Леониду Борисовичу? Да ладно, засмеёт ведь!

  Димон прилип носом к стеклу и принялся рассказывать про исторические постройки, мимо которых мы следовали.

  Естественно, моему совету никто и не подумал следовать. Разоблачённый жулик вольготно расположился рядом и начал болтать ногами в сандалиях, положив голову на моё плечо.