Леди Зима

  - На, держи, - сказал он угрюмо, - Может пригодиться, мало ли чего...Только, чтобы вернул в целости и сохранности, а не то - шкуру спущу.

  Далин, выслушавший эту тираду, покосился на матроса с высоты своего роста, саркастически хмыкнул, но промолчал. Оставалось подсадить юнгу и помочь ему протиснуться наружу. Некоторое время все могли наблюдать за дёргающимися ногами и слушать визгливые ругательства. Матросы откровенно веселились, а побагровевший Далин постукивал кулаком по борту и глухо пыхтел. Потом босая пятка последний раз мелькнула на фоне неба и наступила тишина.

  - Будем ждать, - рассудительно сказал Джонрако и отодвинув осколки разбитой посуды, присел у стены.

  Он полез за своей трубкой, но тотчас обнаружил, что она раскололась. Это вызвало приступ ярости и Собболи, выругавшись, отшвырнул остатки испорченного прибора. Капитан погрузился в задумчивую меланхолию, рассуждая о чёртовых гвардейцах, расколотых трубках, распроклятых Магистрах, расколотых трубках, демонах, колдунах и расколотых трубках.

Ко всему прочему, капитан ощущал сильную тревогу, переживая за Шанию. Девушка не подавала признаков жизни и Джонрако с трудом удерживался от того, чтобы стукнуть по переборке и окликнуть пассажирку по имени.

  Тревожился и Далин, который успел поставить у стены сундук и взгромоздившись на него, пытался сунуть голову в щель. Спутанные обгоревщие космы бороды цеплялись за доски и боцман злобно шипел, проклиная всё на свете.

  Матросы, порыскав по углам, обнаружили старую кочергу и теперь, под руководством Фаленни, пытались взломать дверь.

Крепкое дерево потрескивало, позволяло откалывать щепы, но не поддавалось. Насколько мог понять капитан, угрюмо взирающий на этот неплодотворный труд, попытки вырваться нечались ещё до его пробуждения. Прежде, с этой целью, использовался широкий нож, теперь безнадёжно затупленный и сломаный у рукояти. Похожая участь ожидала и несчастную кочергу.

  Внезапно Фаленни остановил Мордилли, который с гиканьем пытался всадить конец кочерги в щель между досками и приложил ухо к двери.

Остальные тотчас умолкли, прислушиваясь. Кто-то, снаружи, глухо посапытвал и стучал чем-то металлическим. Внезапно послышался звонкий щелчок и первый матрос вывалился наружу, едва не раздавив Фалина.

  Оглушительный вопль радости сотряс кубрик и команда подхватила юнгу, намереваясь качать того на руках. Но их радость поуменьшилась, когда стало ясно, что парень не похож сам на себя.