Леди Зима

  Его портреты можно было видеть везде: в учебных заведениях, во дворцах аристократов, в административных зданиях и церквях (кроме запрещённых храмов древних религий). Кем он был - никто не знал. Его считали могущественным колдуном, способным манипулировать правительствами, точно кукловод марионетками. Никто не знал предела его возможностей: управление стихиями? Легко. Левитация, телепатия, телекинез - всё, что угодно! Он начинал и останавливал войны, руководствуясь своими, никому не ведомыми, целями.

  Он жил вечно.

  И вот теперь существо, которым пугали детей и взрослых, которое Джонрако никогда не видел прежде, кроме как на картинках (и тем не менее, ненавидел), звонким металлическим голосом произносило слова, находясь внутри зелёного светящегося шара, а Сиред Зарелли смиренно отвечал.

  - Возможно я ошибаюсь, - в голосе Магистра появились вопросительные нотки, - или просто недостаточно чётко изложил свои инструкции? Вам следовало направляться к архипелагу, - Джонрако тихо крякнул: ни о каком архипелаге он и слыхом не слыхивал, - вдоль разделительной полосы, избегая ВСЕ возможные пути, ведущие к Калларису.

Мало того, я пожертвовал СВОЕЙ личной картой, для точной корректировки курса. И что я слышу? Калларис в миле от вашего корабля! Я едва успел наслать туман, устраняя плоды твоей чудовищной ошибки, пока каждый матрос не начал тыкать пальцем и вопить: Земля, земля!

  - Все спят, - понуро ответил учёный, однако уверенности в его голосе не ощущалось.

  - И вахта тоже? - насмешливо осведомился Магистр, не скрывая сарказма, - Сиред, у меня нет никакого желания выслушивать твои дурацкие оправдания, я просто хочу знать: почему Калларис оказался в миле от вашего правого борта? Дай мне чёткий и понятный ответ.

  Пламя в глубине шара на мгновение полыхнуло, заполнив всю сферу и превратив каюту картографа в сокровищницу, переливающуюся изумрудами. Зарелли, продолжая стоять на коленях, отпрянул и заслонил лицо руками, будто опасался внезапного удара.

Даже Джонрако на мгновение ослеп, едва не ввалившись внутрь.

  Когда пламя опало, открывая лысую голову чародея, Зарелли медленно опустил руки и капитан, с удивлением, увидел тонкую струйку крови, бегущую из носа учёного. Кроме того, на мучнистой коже лица алела глубокая царапина, словно Сиреда хлестнули упругим хлыстом. Картограф на секунду поднял глаза и тут же опустил их, не в силах удерживать взгляд Магистра.