Леди Зима

Поэтому Джонрако решил немного потянуть время, в попытке разузнать хоть немного больше.

  - И чем же так провинился этот жуткий человек, ставший на вашем пути? - почти равнодушно поинтересовался капитан, неторопливо раскуривая погасшую трубку и старательно избегая пронзительного взгляда собеседника.

  - Провинился? - удивлённо переспросил Острие и жестом подозвал ручного зверька, - Разве побег, без моего на то согласия, не является самым тяжёлым преступлением? Но, вообще-то, Джонрако, друг мой, тебя это нисколько не касается.

От тебя, мой доблестный капитан, требуется лишь одно: подтвердить мои подозрения.

  Слово: "подозрения" не ускользнуло от Собболи, и он тут же вцепится в него; стало быть, преступник не уверен, а лишь предполагает, это - хорошо.

  - Чёрт меня возьми, - пробормотал капитан, окутывая себя клубами дыма, - если тут нет какой-то ошибки. Я бы ощутил панику и страх беглеца, если бы беседовал с ним, обещая место на "Чёрте".

  Глаза бандита сверкнули.

  - Не рассказывая мне сказки! - прорычал он, вцепившись в стол, - Целая куча свидетелей своими глазами видели, как она разговаривала с тобой и предлагала мешок с деньгами. Да я и сам знаю, сколько золота она взяла, чтобы заплатить безумцу, который согласится взять её на борт.

  Трубка выпала изо рта ошарашенного капитана и запрыгала между пивных бокалов, оставляя дорожку из угольков и пепла. "Она"? "Её"?

  - Она, это - кто? - сумел выдавить Собболи, сквозь приступ кашля, одолевший его, - О ком, проглоти тебя кальмар, ты говоришь?

  - Она, это - девка, которую ты согласился вывезти из Ченса! - рявкнул Острие, стукнув кулаком по столу, в то время, как его лицо дрожало мелкой дрожью, а на бледной коже то появлялись, то исчезали красные пятна, - Это - та, рыжая потаскуха, которую я разорву на части, стоит ей угодить в мои руки.

Не притворяйся дураком, просоленный урод!

  Джонрако пропустил оскорбление мимо ушей, потому что до него, наконец, дошло, кого имел в виду Острие - рыжеволосую девушку, коленопреклоненно молившую его увезти её куда угодно, высадив в первом попавшемся порту.

Теперь то капитану стало понятно её отчаяние и слёзные просьбы. Ещё бы! Когда тебя преследует такое чудовище, отдашь последнее, лишь бы удрать куда подальше. Неизвестно, как поступил бы капитан, зная всё, теперь же для него главным вопросом стало прояснение сомнительного момента.