Ученик

К Сахему тоже не было претензий — ребёнок, к тому же он действовал не явно, даже когда столкнул меня с горы. А вот невестка Хамзата целенаправленно совершила убийство.

В общем, поступок Натхи требовал немедленного изгнания, но наше положение не позволяло осуществить закон. И это сильно усложняло обстановку в убежище. Люди требовали справедливости, особенно близкие родственники Бахрума. Нашлись и те, что обвинили во всём меня. Но тут уж староста высказал всё, что думает о таких говорунах.

А потом все затихли.

Потому что дышать стало трудно из-за скудного поступления свежего воздуха. Перед людьми встал выбор — задыхаться или приоткрыть дверь, блокирующую вход. Тимур принял решение — приоткрыть.

Каменное колесо сдвинулось с места с большим трудом, пятерым крепким мужчинам пришлось поднапрячься. Открыли ровно настолько, чтобы наружу мог протиснуться взрослый человек. Так и выбраться можно, и от тварей из пустоши несложно отбиться — мелочь не так страшна, а крупные не пролезут.

Повезло.

Никто не полез в убежище ни в этот день, ни на следующий. Судя по отсутствию любых звуков наверху, там вообще не было тварей. Позже, когда выбрались на поверхность, всем стало ясно, почему никто нас больше не тревожил.

***

— Я слышу голоса сверху! — крикнул один из сыновей старосты, стоящий на охране входа. Заканчивался второй день, как мы сидели в убежище с открытой дверью. Люди уже привыкли к тому, что в любой момент сюда могут ворваться твари, и были готовы ко всему. Все старались вести себя тихо, и громкий возглас заставил многих вздрогнуть.

— Ты уверен? — спросил Тимур своего отпрыска. Мы с ним находились почти у самого входа, куда перебрались ещё вчера.

— Да. Вроде голос Сахи и ещё чей-то, мужской. Не похож на Хамзата, моложе.

— Ведьмак? — с надеждой спросил один из охотников.

— Ждём, — оборвал все разговоры староста. — По времени уже должен добраться до нас.

Ждать не пришлось. Вскоре голоса раздались совсем близко. Даже мне, находящемуся в нескольких метрах от выхода, они стали отчётливо слышны.

Говорила в основном женщина, чей голос изредка нарушали звуки, похожие на удары топора, которым, судя по всему, рубили тушу какого-то крупного зверя. Очень крупного. Лишь однажды раздался мужской голос, произнёсший:

— Да кто ж так топор держит? Дай сюда, старая развалина!

— Открывайте плиту, — наконец приказал староста и тут же добавил: — Я пойду первым, за мной Фархат. Малюк, следи за Фаридой и её дочерью.