Последний. Дети вампира

Она кивнула и попробовала встать. И тут же вскрикнула от резкой боли в лодыжке.

Рой склонился над ней:

– С тобой все в порядке? Где-то болит? Выглядишь бледной.

– Нога болит, как будто в ней гвоздь застрял! И, похоже, я сломала каблук. – Данель с самым несчастным видом продемонстрировала испорченную туфлю.

Рой покачал головой:

– С больной ногой ты не сможешь дойти до каньона. Сейчас мы вернемся, я отправлю Маусу мысленную просьбу забрать тебя. Будешь ждать его рядом с мостом.

– Но ведь это наша общая миссия! – Данель упрямо вскинула голову.

– К тому же, я так мечтала услышать пение Ладисласа!

– Ты уж определись, что для тебя важнее – изобличить вампира или услышать его песню, – буркнул Рой. – И попробуй встать для начала!

Ухватившись за перила, Данель приподнялась и тут же зажмурилась от боли. Ко понимающе хмыкнул:

– Говорю же, сегодня ты бесполезна. Уж извини, но с собой к вампирам я тебя не возьму. Да и развлекаться тоже. Мне с самого начала эта затея не понравилась!

Рой подал ей руку, помогая подняться, после чего потребовал:

– Обопрись на меня.

– Но разве будет разумно идти по мосту вместе?

– Если по-другому тебе никак не вернуться, то зачем спрашивать?

– Но что, если здесь найдется еще одна гнилая доска?

– Пошли и узнаем, – Рой переступил через дыру, зиявшую теперь в настиле веревочного моста, придерживая девушку за талию. Данель одной рукой обхватила его за шею, другой боязливо вцепилась в перила. Возвращение назад заняло несколько минут, и обошлось без происшествий.

***

Они сидели на больших камнях, глядя на мост, который частично скрылся в тумане, поднимавшемся со дна пропасти. Солнце опустилось за горными утесами, и стало ощутимо прохладнее. Данель пожалела, что не подумала захватить с собой накидку, подбитую мехом.

Девушка первой нарушила неловкое молчание:

– Спасибо, что спас меня. Неужели даже не спросишь, что я увидела?

Рой, отдирая колючки, прилипшие к подолу платья, безразлично пожал плечами:

– Зачем спрашивать, если ты, итак все расскажешь?

– Я же не виновата, что мы оба были без перчаток! – гневно вспыхнула Данель, но тут же замолчала.

– То есть… Я хочу сказать… Мне очень жаль. Не только потому, что я увидела твое прошлое. Просто твои воспоминания такие грустные. Это одиночество и пустота вокруг. Они мне знакомы.

– Что ж, – лицо Роя-Рицеллы просветлело, – думаю, мне лучше выслушать тебя. Ты же знаешь, я собираю свои воспоминания.