Кланы вне закона

Откусят! Я уже приготовился к неизбежной попытке на нас надавить, но они смогли меня удивить.

Порядки здесь оказались совсем другие. Несколько хмурых молчаливых типов сразу же отвели глаза, словно давая понять, что мы им не интересны. Конфликтовать с нами они не собирались. Они хотели лишь тихо и незаметно дождаться своей очереди и либо уйти отсюда, либо отправиться на длительный постой в Казематы. В целом нормальное желание нормальных людей.

Зато трое местных постояльцев привлекли моё особое внимание.

Первым был потрёпанный на вид дед. Растрёпанная борода, грязная и покрытая грязью одежда, сохранившая лоск былых лет, трясущиеся руки. Вроде бы обычный обитатель улиц. У нас в любом городе на Земле таких персонажей можно набрать с десяток! Но вот только в нём было что-то особенное. Слишком умные и понимающие у него были глаза. А ещё вокруг него как будто сформировалась особая аура. Аура власти и спокойствия. Сунься к такому – и мгновенно получишь проблем больше, чем можешь представить.

И ещё дедушке было очень нехорошо. Он не переставая прикладывался к объёмной фляжке, которую ему почему-то позволили оставить с собой, и жидкость стекала по его подбородку. Судя по запаху – самая обыкновенная вода.

Особая аура была и у второго персонажа. Здоровенный и мрачный детина с покрытыми Рунами бицепсами. Серая кожа, клыки, голова без единого волоска, из одежды – одна-единственная набедренная повязка. Каким-то внутренним чувством я догадался, что это орк.

От всего его облика так и веяло опасностью. Он был одним из тех уличных забияк, которых хлебом не корми, дай кому-нибудь врезать или устроить дебош. Судя по тому, что у двоих постояльцев, тихонько сидящих в своих уголках, были разбиты носы, а у орка окровавлены костяшки, он себя нисколько не сдерживал. И сейчас он искал новую жертву, на которой мог выместить свою злобу.

Третий привлекший меня арестант оказался самым любопытным из всех. Он был совсем молод, лет двадцать с небольшим.

Это был местный аристократ, Благородный, как их тут называли. Собственно, он и сам этого не скрывал. Он был в абсолютную стельку пьян и не стеснялся громогласно орать, расхваливая свои неоспоримые достоинства.