Ардан-I. Пробуждение Ваирагии

Походный мешок уже собран, остался в каморке под столом дожидаться своего часа, когда я за ним вернусь. Завтра с утра я уеду в горы вместе с остальными детьми, прошедшими испытание.

Глава 7

Иногда, когда находилось свободное время между поручениями и тренировками, я отправлялся посмотреть на занятия будущих хранителей — тех, кто обучается на второй трёхлетке.

Тренировочная площадка огорожена каменной стеной, примыкает к тыльному фасаду храма, так что пока я был мал и недостаточно крепок, приходилось довольствоваться лишь тем, что слышал выкрики тренирующихся.

Изредка видел какие-то багровые или белые вспышки, кои отсвечивали на стенах храма да отражались в высоких стрельчатых окнах.

Потом, ближе к семи годам, когда тело стало более выносливым и крепким, карабкался на растущий возле ограды каштан. Вот тогда-то, стоя на толстой ветке да держась за могучий ствол, узрел, чем занимаются ученики. Мутузят друг друга руками и ногами, размахивают холодным оружием, стреляют по каменным мишеням магией.

Если первая и вторая составляющие их тренировок не особо впечатлила, то третью я созерцал с прибалдело-счастливым лицом, веря и надеясь, что и я так когда-нибудь смогу…

***

Мы идём прямиком к храму, ибо попасть на тренировочную площадку, где и будет проходить испытание, можно только пройдя через главный зал храма.

Некоторое время мы шли молча. Риам поднялся по тёмным гранитным ступеням, я — за ним.

Возле высокой стрельчатой двери настоятель останавливается, дожидаясь меня.

— Ты долгое время подглядывал за тренировками учеников, — говорит Риам, тянет на себя дверь за толстое медное кольцо.

— Поможет ли тебе это на испытании, Гиртан?

Вот те раз! Я думал, что меня никто не заметил. Тем более что наблюдал я поздней весной и летом, когда густая изумрудная крона скрывает меня, а Риам, оказывается, всё знает. Следил за мной, что ли? Ну, не постоянно же! Или постоянно?..

В самом храме никогда раньше бывать не приходилось. Мы идём вперёд. Эхо от наших шагов гулко разносится под высоким сводчатым потолком просторной залы.

Сверху из шести овальных окон льётся мягкий свет. В центре, на гранитном полу, блестящем в свете висящих на толстых колоннах масляных лампад, стоит постамент, на котором покоится чаша с огнём.

Настоятель останавливается перед ней и сгибается в поклоне. Я невольно повторяю за ним.

— Да хранит нас Священный Огонь, — произносит Риам.

— Меня защищает пламя Риданис… — шепчу я еле слышно и прибалдело замираю.