Разлом

Наконец путь был открыт и кузнец, пришпорив коня, выпорхнул из Когррага. За ним потянулась целая вереница людей, спешившая в свои дома. Те, кто остались, продолжали следить за представлением, подбадривая меня аплодисментами и откровенными насмешками над неумелой стражей. Одного я окунул в бочку с водой, второму вспорол мечом штаны, рухнувшие к сапогам на потеху зрителям, третьего и четвёртого столкнул между собой лбами, а с двумя другими справился и сам народ.

Расчистив себе путь я бросился к воротам, не желая по воле случая остаться запертым в стенах крепости.

Мало ли какая идея ещё придёт в головы молодым правителям. И когда пересекал черту города ощутил нестерпимый зуд между лопатками, а грудь снова стал прожигать амулет. Я обернулся и увидел военачальника пристально сверлившего меня глазами. Точнее глазом. Второй надежно скрыт чёрной повязкой. На площади я его не видел, возможно, он был вместе с «королями» внутри замка. Нехороший у него взгляд, тяжелый. Не то, что у Собислава. Тот - петух ряженный, а этот. .. Этот так смотрит, что внутри все ледяной коркой покрывается. Я фыркнул, скидывая с себя это наваждение, отсалютовал незнакомцу и припустил бегом прочь от города.

На тракте, ведущем в разные уголки континента, уверенно вышагивали беженцы, крепко прижимающие к себе спасённых детей. Знают ли они куда идти? Ждут ли их там? Или для них эта дорога ведёт в неизвестность, я не знал. И спрашивать не собирался, хотя желание разузнать разрывало на части. Не могу я всех их приютить у себя! Пока ещё слишком слаб, а такое количество народа точно станут искать.

Только беду навлеку на Рэйн.

Так что, придушил свой внутренний глас человеколюбия, и поспешил к развилке. На мое счастье, кузнец не обманул. Конь переминался с ноги на ногу, на его спине, встревожено озираясь по сторонам, сидели двое малышей. С одним я уже познакомился, а второго видел впервые.

- У тебя двое сыновей? - спросил сквозь сбившееся дыхание.

- Второй пацан мой, - из-за спины кузнеца шагнул поджарый жилистый мужчина с добрым лицом.

- Эмин по секрету шепнул мне, что ты пообещал ему убежище, взамен на службу. Разреши пойти с тобой. Мои руки к твоим услугам.

Я взглянул на кузнеца плотно сжавшего губы.

- Это мой лучший друг, не мог я его бросить..., - оправдался Эмин.

- А что могут эти руки?

- Я корабельщик, господин. Знаю, эта профессия ещё не так востребована, но вдруг пригожусь...

Я сдержанно улыбнулся, стараясь не выдать своего ликования. А то зазнается ещё этот корабельщик.

- Хммм...