Шаг в небо

Больше всего времени ушло на его восстановление.

Вышло очень криво, неудобоваримо, и, кажется, слегка тяжелее противоположенного борта. Рика с Эликой кое-где помогли своей магией, чтобы в итоге получить какое-то жуткое чудовище, сшитое из отломанных кусков других лодок, льда, и искусственно пророщенных веточек. Какой-то воскрешённый кадавр-мученик. С такими результатами я бы стала неплохим некромантом.

Усмешка скривила губы, поселяя в груди какую-то пока не до конца ясную мысль. Ведь правда, а почему нет? Я столько видела в этой дороге, что какие-то там некромантские склепы мне уже ни по чём.

Наверное. Я всё равно не знаю, что делать дальше. Для начала я хочу узнать правду от этой… матери, так называемой. А дальше посмотрим.

К вечеру работа была полностью закончена, и более или менее адекватная кадавро-лодка лежала перед нами, ожидая своего звёздного часа. Как-никак, а результат нашей совместной работы всё-таки радовал. У всей команды даже поднялось настроение.

Ударив в ладоши, мы отправились на поиск подходящих вёсел.

Одно я уже заприметила. Оно было отломано наполовину, но и это можно считать хорошей находкой. Ведь второе мы искали уже почти до ночи, в итоге решив соорудить его самостоятельно – изо льда и палок.

Чтобы не терять заряд магии в волшебном льду, решили выдвигаться немедленно.

На горизонте небо начинало принимать холодный тёмно-синий цвет, который темнел стремительно и бесповоротно. Это вызывало у меня ассоциацию с промороженной отмирающей плотью. Плыть в сторону Хлада совсем не хотелось.

Когда мы каким-то чудом спустили лодку на воду, она всё же накренилась набок. Поэтому Элике и Рике пришлось опереться на противоположенный борт, чтобы хоть как-то уравновесить этот ужас плотника.

Грести пришлось мне одной, благо, течения в проливе почти не было. В какой-то момент мне показалось, что мы плывём по зеркальной глади, по льду – настолько вода была спокойной и... даже, наверное, мёртвой.

Ветра тоже не было. Тишина, нарушаемая скрипом лодки и потрескиванием льда, штиль, тяжело дающиеся взмахи вёслами, которые я боялась сломать.

Настрой в команде сейчас не был унылым или отчаянным. Я бы назвала это напряжением и настороженностью. И, отчасти, любопытством.

Чем ближе мы подплывали к берегу Хлада, тем становилось темнее. В какой-то момент на небе показалась странная, нездешняя луна. Она была такая же морозная, как и всё, что нас окружало. Это была пустыня, только ледяная и мёртвая. В воздухе стоял едва уловимый озоновый запах.