Забытые-3: Хранители перемен

– В записях Весела и Бела всяко будут имена их проклятых продолжателей, – голос дяди Смела сочился зловещим удовлетворением. – Уверен. По ним несложно будет вычислить потомков и спалить всю эту гниль. И с вниманием и тщанием спалить, чтоб даже пепла не осталось.

– Думаю, Шамир неслучайно свёл наши пути – Дорога и мой, – я кивнула. – Ему можно доверять. И записи отдать. Только пишущий сможет разобрать каракули пишущего. Отправим записи в «потеряшку», как только найдём.

И если благополучно найдём.

– А наставительница Снежна? – поднял брови Зим.

– С ней Шамир тебя свёл раньше. Почему не ей? И почему не Дремню?

– Не знаю, – я пожала плечами. – Просто чувствую, что записи – для Дорога.

– Вероятно, он – потомок, – предположила Светла. – Если выжили семьи предателей, то почему бы не уцелеть и потомкам Весела и Бела?

– И Хмура? И Золота? – оживилась я.

Проклятье Стужи и это зацепило – многие искрящие потеряли свои корни. У кого выжили родители – те помнили, а кто остался сиротой – нет, запомнили лишь приёмных родителей.

Моя семья как раз из таких – наши корни бесследно сгинули в тумане прошлого. Ни деды, ни бабушки не помнили родных, только приёмных. А ведь так интересно знать, чей ты потомок на самом деле...

– А вот это мы узнаем, когда память вернётся, – вздохнула Светла. – Я сейчас не могу даже путь Дивны проследить. Не знаю, выбралась ли она с родителями тогда из пределов, выжила ли... Но мы отвлеклись. Ты понял, Смел, да? От имён толку мало, если на память пишущих и говорящих легло то же проклятье.

Имена предателей вычеркнули из памяти так, что их там и нет поди. Словно их никогда не существовало.

– Значит, есть что-то другое, – упорствовал дядя. – Иначе зачем из-за них убивать?

– Вот с этим соглашусь.

– И я тоже зачем-то пошёл именно за записями... – пробормотал Зим, щурясь на солнце. – Ну, тогда...

– Потому что это не ты был, – я держалась своего. – Потому что тебя вели чары. Не отпустил бы тебя Стужа на вольные хлеба – тебя, одного из немногих первых и удачных, на кого потратили силу помнящего.

Мой наставитель Силен чётко сказал: ты – с благом Шамира, помнишь? А значит, ты появился тогда, когда это проклятое дело только начиналось и Шамир ещё не передумал.

– Забытые потеряли память, да? – знающий внимательно посмотрел на меня и задал один из своих противных вопросов: – А почему нынешние «недо-» с памятью получаются? Они даже свои прежние имена вспоминают. А я вот не могу.