Рождённые магией

Его длинное и самоуверенное лицо всегда раздражало Габора, и откуда в нём это? Неужели женщины не поставили его самомнение на место в юности? Или он из тех уродских мужчин, к которым так и тянет слабый пол?

Киран смотрел на него сверху вниз с прищуром и ждал какого-то ответа.

— Я не хочу быть марионеткой, — прилагая немалые усилия, проскрипел Габор, вызвав новый взрыв боли, который вновь достался Дракуле.

— Как же? Ты же мучаешь Влада прямо сейчас. Пусть он и натворил дел в своё время, но ты уже отомстил ему, разве нет? — всё с тем же хитрым лицом говорил Киран.

— Я… — Габору было сложно разговаривать, но он обязан сделать всё для выживания, —… хочу жить.

— Тогда у меня есть сделка.

Габор знал, что Киран не просто умный, а гениальный. Он очень опасен.

— Озвучу, — лидер силковцев был в лёгком светлом пиджаке из льна, и в таких же штанах. В его образе не хватало трости и шляпы, и типичный интеллигент на променаде. Он качнулся на каблуках туфель и продолжил: — Ты поклянёшься мне лично на собственной крови, что откажешься от мести и присоединишься к силковцам ради защиты Земли от угроз как внутренних, так и внешних.

— Видимо, ты в отчаянии, — проскрипел Габор, соображая, как обернуть ситуацию в свою пользу.

— И да, и нет, — неопределённо ответил Киран.

— Так не бывает, — постарался придать голосу давления, но ничего не вышло. Сложно угрожать, когда ты кусок обугленного мяса.

— К нам идёт Большой Вепрь.

— Что? Как такое могло случиться? Мы же ставили полог для отвода глаз на наш мир! — Габор не поверил своим ушам и даже попытался повернуть голову, но не вышло, мышцы не поддавались.

— Не знаю. Одно точно известно – эта тварь ведёт за собой миллиардное войско, а впереди – сильные разведчики.

Глаза Габора засияли. Он чувствовал безграничную надежду на новую и интересную жизнь! Мир меняется, и он тоже станет лучшей версией себя! Габор нужен всем! Он станет героем! Именно Габор, а не проклятый Дракула!

Киран вздохнул устало, глядя на то, как по ауре наполовину свихнувшегося Габора растекалась радость.

— Но ты же понимаешь, что после всего этого я не могу тебе позволить разгуливать свободно, — сказал лидер силковцев и присел на корточки, рядом с обугленной статуей бывшего человека.

— Да делай, что хочешь.