Торнан. Книга I. Повеление богини

Дамы были облачены в длинные шелковые платья темно-красных и лимонных

тонов. Головы были непокрыты, волосы нарочито распущены. Марисса

нахмурилась — таких причесок в Килльдарге не носили даже продажные женщины.

Приглашенные сидели за длинными столами, а венценосное семейство и их

ближайшие друзья пировали на подиуме в конце зала. Горело бесчисленное

множество лампад, так что не оставалось ни одного темного угла; на

галерее наигрывал небольшой оркестр; слуги и служанки торопливо подавали

блюда и подливали вина.

Путники, еще не совсем пришедшие в себя, были представлены принцессе

Когите, высокой статной девушке с изящным профилем и холодноватым

взором, и дюжине самых важных гостей. В голове у Мариссы был сумбур, и

имен она не запомнила. Воевода такой-то, верховный жрец такой-то...

Марисса машинально рассыпалась в любезностях и в конце концов позволила

усадить себя по правую руку от наследницы.

Вечер пролетел незаметно, как-то даже слишком быстро. Для Когиты

выступил менестрель, местная знаменитость — немолодой печального вида

мужчина, который проникновенным речитативом исполнил какую-то балладу

про витязя, воевавшего со львами и истребившего их целую кучу.

ужина Марисса изрядно осовела от тех великолепных вин и сытной еды,

которые ей доставались, — видимо, потому, что она сидела на почетном месте.

Расходились далеко за полночь. Принцесса отрядила двоих пажей проводить

Мариссу в ее покои. Стараясь идти твердым шагом, она втайне очень

радовалась, что никто из спутников не примчался забрать ее.

Выйдя из сверкающей залы, Марисса думала только об одном — добраться до

покоев и упасть на кровать. Глаза ее устали от обилия золота, и коридор

показался ей темным и мрачным, хотя красивая винтовая лестница, ведущая

наверх, была расписана фресками и ярко освещена лампадами, висевшими на

бронзовых скобах. Марисса, утомленная навязчивой роскошью, уже ничего не

замечала, кроме каменных ступенек. И даже не заметила, как пажи исчезли,

а перед ней вдруг мягко заколыхался шлейф алого платья.

А потом удивилась, обнаружив, что хотя пажей рядом нет, зато находится

она в обществе не кого-нибудь, а самой Когиты.

Не произнеся ни единого слова, они поднялись в крытую галерею и прошли

еще несколько шагов, пока молодая хозяйка дворца не остановилась перед

низенькой дверью, глубоко врезанной в стену. Отворив ее, Когита

отступила в сторону, пропуская вперед свою гостью.

Марисса огляделась.