Торнан. Книга I. Повеление богини

— Два — точно есть. Тимсталь в Вентийском

море и Бранн на океанском берегу.

Марисса помотала головой:

— Все равно не поверю. У них и богов настоящих нет: Косматый,

Одноглазый, Костлявая Старуха — Мать Троллей. Гадость несусветная! —

Марисса сплюнула. — Так что, пойдем ужинать?

Однако планам их не суждено было осуществиться. Появился хозяин и

сообщил, что к ним пришли.

При виде посетителей все трое вмиг забыли об ужине. Это были стражи во

главе с человеком, на груди которого был семиугольник, правда, не

серебряный, а (что еще за новости?) золотой.

— Идемте с нами, — сказал рослый. — С вами желают поговорить.

— Разве мы совершили что-то противозаконное или кого-то обидели? —

поинтересовался Торнан.

— Противозаконно спорить со стражей, — сообщил седоусый.

— Мы что, арестованы? — спросил Торнан, и рука его автоматически

потянулась к рукояти меча.

— Твой слуга дурно воспитан, почтенная Марисса, — сообщил «золотой»

капитан оторопевшей девушке. — Ведь я говорю с почтенной Мариссой,

послом храма Тиамат в Килльдарге? Тебя вместе со спутниками приглашают во

дворец, чтобы вы поприсутствовали на еженедельном ужине нашего государя.

— Тогда другое дело, — сказал Торнан. — Пойдем. Про себя же подумал, что

манера приглашать на пир к местному царю тут не очень-то вежливая.

ПРЕДЗНАМЕНОВАНИЯ

Северная Хиркания. Тарская волость, урочище Болотный Бор

Края эти от века считались неспокойными. В народе говорили, что боги,

изгоняя расплодившуюся сверх меры в Черную Эру нечисть, пришли сюда в

последнюю очередь, оттого тут и осталось много такого, чему быть под

солнцем не след.

что совсем недалеко от диких лесов итваков, за которыми живут анты и

собакоголовые люди, отличалась особенным количеством нечисти. В реках

водились рыбы с козьими головами, в лесах видели кикимор.

Самые мрачные легенды рассказывали в здешних лесных селах.

например, что где-то в самой глубокой чаще стоит черный истукан,

высеченный из камня, такого прочного, что ни одним молотом не отбить

даже маленький кусочек. Ночами к нему слетаются совы и устраивают вокруг

кутерьму, словно роящиеся пчелы — и крик их разносится на мили вокруг.

Но с недавних пор творилось вообще Тиамат знает что!

В селах мычали со страха коровы, выли собаки, кошки приходили в ярость и

тревожно теребили хозяев.