Разбитые Очаги

Я осторожно поднял “половинку” со стола и медленно “надел” на указательный палец правой руки. Осторожно разжал пальцы.

Держится!

Потряс рукой — полоска осталась на месте. Прислушался к ощущениям — никакой магии. Чудеса.

Я глуповато улыбнулся.

Насколько я знал, никому еще не удалось разгадать тайну этих безделушек. Подделать - сколько угодно. Но от дешевой подделки будет разить чарами за версту, а дорогая по стоимости встанет в один ряд с оригиналом. Удачная находка, и даже камешек сохранился — можно будет выгодно продать.

Аристократы обожают такие вещицы.

Я еще некоторое время поиграл с полукольцом, снимая и надевая его обратно, да так и оставил на правой руке. Цацку ближе к телу - избежишь потери, как говорится.

За окном постепенно темнело. Сиреневые сумерки изредка разбавлял красно-оранжевый отблеск. Савралах, обходя Очаги по всему Фейнабару, добрался и до Южного Сотрорского, ворошит в нем догорающие угли. Скоро дунет, погасит последние искры и уйдет отдыхать в свой хрустальный чертог.

А как только стемнеет, сбегут из-под строгого взора мужа Глесада и Заина, чтобы танцевать в небе до утра и дарить смертным свой зыбкий свет.

Я постоял у окна, наблюдая угасающий день. Потом глотнул травяного пойла, закусил остатками каши и лег спать.

Глава 5

Я сидел на нагретом за день камне и занимался ногой. Костра не разводил: было достаточно тепло, а в освещении я не нуждался. Дом Сушительницы я покинул два дня назад, на следующее же утро после ухода Тамсина. Проснулся, представил, как буду маяться скукой еще сутки и решил, что уже достаточно окреп для небольшого путешествия.

Тем более, что чувствовал я себя действительно сносно. Бежать целый день, конечно, не смогу, ну да в моем новом положении бег так и так противопоказан.

Дом я решил сжечь вместе со всем содержимым. В основном для профилактики появления новых cушительниц. К тому же, мне казалось неправильным оставлять ее изуродованное тело гнить в медленно теряющем магию леднике. Было в истории девчонки что-то, что трогало меня за живое.

Не видел я в ней просто безмозглое чудовище. Наверное, прав был Тамсин, когда сравнивал ее судьбу с моей. Но и хоронить Сушительницу в земле тоже казалось неправильным. В конце концов я поднял останки в дом. Говорят, огонь — кратчайший путь к богам. Пусть они и разбираются.

Нога дала о себе знать едва ли не в самом начале пути. Уже через пару часов хромого ковыляния колено начало противно ныть. Я не обратил на это особого внимания.