Монах с гитарой-1. Адаптант.

Подсветил его курсором – "Цветок Папоротника"! Ни хрена себе!

Забыв, что это квестовый предмет стандартного задания, принимаюсь ковырять ящик, пытаясь его открыть, чтобы оказаться первым человеком, увидевшим таинственный цветок. Но, кажется, я где-то слышал, что папоротники не цветут, и соответственно, у них нет цветов. Однако, я и не думаю сдаваться.

Все время, пока я тиранил ящик, в голове у меня звучала пара фраз из каких-то знакомых телепередач – первая: "Уважаемые знатоки! Ответьте нам через минуту, что находится в чёрном ящике?", и вторая фраза, противоречащая первой: "Я дам вам пятьдесят тысяч, и мы не будем открывать чёрный ящик".

Потратив добрых полчаса на взлом таинственного ящика, но даже ни разу его не поцарапав, я согласился, что папоротники не цветут...

Теперь, когда все первоочередные вопросы оказались решёнными, начинаю подумывать, как мне отсюда выбираться. Погоня за раненым зайцем, увлекла меня далеко в чащу леса, и необходимо было найти путь назад.

Беспомощно оглядываюсь по сторонам, стоя в центре крохотной полянки. Не имею ни малейшего представления, в какую сторону мне идти. С одинаковым успехом, сейчас можно идти куда угодно.

Ещё раз, внимательно оглядевшись, чтобы принять окончательное решение, натыкаюсь взглядом на небольшой холмик, почти бугорок, на краю поляны, густо поросший растительностью и сливающийся с окружающей зеленью, до практически полной незаметности.

Не знаю, что привлекло к нему моё внимание.

Может быть мысль о кладах, зарытых разбойником Кудеяром в районе Казантипа. А может и одна из грудей секретарши моего компаньона, после неудачной пластической операции, выпирающая заметно дальше, чем её соседка. Но я собрался разглядеть обнаруженный холм, вблизи и повнимательнее. 

Низкий вход на склоне холмика, почти полностью закрытый от любопытных глаз вьющимися и плетущимися растениями, замечаю лишь, когда подхожу к нему вплотную.

Провожу аналогию с незабвенным Кэрроллом. Для "Кроличьей норы" эта, пожалуй, немного великовата, и скорее похожа на лисью. Но так же, как и кроличья,"Лисья нора" манит судьбоносными перспективами, и я, совершенно потеряв голову, ныряю "рыбкой" внутрь.

Спуск оказывается недолгим, но мучительно болезненным. Пока я катился куда-то вниз, наверное, не осталось ни одного острого выступа, с которым бы не познакомились мои многострадальные ребра.