История бойца-барьера

Высунувшись из-за его плеча и увидев причину его беспокойства, я захотел грубо выругаться, но сдержался, хоть и с огромным трудом. Всё помещение, к которому мы подошли с товарищем было забито мелкими и крупными костями, разбросанными по всему полу. Из помещения веяло сильной вонью и трупным разложением, – тут явно обосновался злобный хищник. А судя по тому, что в куче копошились какие-то мелкие детёныши, зверюга скоро должна была вернуться с охоты.

– Нужно убираться отсюда, пока хозяева не пришли домой.

Резонное замечание прервалось хрипением позади наших спин. Пока мы любовались на чужое жилище, хозяин уже успел вернуться. Мы осторожно выбрались из помещения в длинный коридор, из которого только что пришли и увидели странное существо, которое шло к нам, нервно дёргая головой из стороны в сторону – таким образом оно тревожно принюхивалось, ощущая чужой запах.

Его глаза горели синим огнём, а с пасти капала слюна – жуткое зрелище, сопровождавшееся поскуливанием и завыванием мутанта.

Пётр поднял свою винтовку и прошептал.

– Баскердог. Он учуял нас.

Я понял, что он собирается сделать, посмотрел на пса, увидел странные завихрения, которыми сопровождалось каждое движение головы этого существа, пригляделся внимательно, после чего в мою голову пришла странная идея.

– Погоди. Баскердоги живут стаями. Выстрелишь и привлечёшь внимание его друзей. Дай, я кое-что попробую.

Я сосредоточился на голове мутанта, представил, что это плетение, сосредоточился на точке с максимальной концентрацией и… Вошёл в стазис.

От удивления, я чуть не потерял концентрацию, но удержался и обратил всё своё внимание к плетению. Оно выглядело совершенно странно – концентрировалось в голове баскердога, окружало всё его тело и петляло вокруг каждой мышцы этого создания. Я осторожно подошёл к потокам и удивился ещё больше.

Сквозь множество узлов, завихрений и спутанности окружающего пространства, на меня смотрели живые, чистые глаза, полные безграничной печали.

Пёс смотрел на меня сквозь эти тернии, годами запертый в этой невообразимой темнице. Смотрел так жалостно, что его печаль передалась мне. К горлу подступил комок, я не выдержал и отвёл глаза от этого пронзительного взгляда, сконцентрировавшись на окружающих голову пса потоках. Зато теперь я точно знал, что от меня требуется, чего бы это мне ни стоило.