Несвятая троица

Мальчишка стучал башмаками по мостовой, стараясь не отстать от собеседника шипящего господина. Тот вышел из гостиницы перед ним и теперь, не оглядываясь, шел быстрым шагом по Алее Героев. Маленький и неприметный, всего на голову выше Лидика, одетый в какую–то грязную куртку и заляпанные кожаные штаны, Жук был похож на мастерового, спешащего по делам. Пару раз он подходил к нищим, сидящим прямо на бордюрах палисадников и перекидывался с ними парой слов. Дойдя до Восходной улицы, мужичок свернул направо и через квартал оказался возле ворот.

Лидик знал свой родной город как никто другой и быстро сообразил, что за путниками, проходящими сквозь ворота, проще всего следить из надвратной башни. Днем пробраться туда не составляло труда — они с друзьями не раз лазали по городской стене. Последние несколько дней ворота города на ночь закрывались, а на стенах стояли воины — опасались бандитов, бегущих из полыхающей войной Эртазании. А днем в воротах стоял усиленный наряд стражи и два герцогских дружинника в блестящих кольчугах и с арбалетами.

Сегодня Лидик заметил еще и видящего, в дорогих кожаных доспехах, рассевшегося в тени башни и лениво глядящего на редких путников, входящих в ворота. Приезжих было немного, в пределах видимости на тракте была вида парочка крестьян с подводами и фургон торговца, сопровождаемый четырьмя конными воинами.

Мальчик нырнул в плющ, оплетающий стену башни и безошибочно уперся в невидимую снаружи дверь. Несмотря на кажущуюся запущенность, дверь открылась без малейшего скрипа.

Лестница за ней вела в караулку, где ночью дежурила городская стража. Лидик уже несколько раз приводил сюда гостиничных ланей, которые за небольшую мзду скрашивали стражникам ночи в караулке. Парню перепадала лишняя монетка как посыльному — он всегда знал, кто из девчонок освобождался раньше, и бегал в караулку, чтобы узнать, спят офицеры, или девочкам стоит немного подождать с визитом.

Днем здесь никого не было и Лидик, извиваясь ужом, пролез в отверстие, через которое ремонтировали механизм, открывающий и закрывающий ворота.

Не очень удобно, зато теперь он сидел прямо над проходом в башне и мог видеть путников и с одной и с другой стороны стены.

Жук о чем–то болтал с торговкой, на латке которой были разложены гостиничные бирки — у нее каждый приезжий за монетку мог узнать, какие постоялые дворы свободны, а где мест нет. Торговка была толстой, крикливой теткой, и Лидик ее терпеть не мог.