Несвятая троица

Какой у нее может быть интерес? Она, судя по всему, богата, а еще красива и умна. Почему бы ей не доверять?

— Запала аристократка в душу? — Усмехнулась Ира, внимательно посмотрев на меня. Я не посчитал нужным отвечать на этот вопрос. — Вадик, а ты что думаешь?

— Я думаю, не так страшен черт, как его малюют, — пожал плечами Вадим, взлохматив ладонью свои волосы на макушке. — Если б нелюди направо и налево делали из людей рабов, люди бы там не жили. Не так это просто, да и не нужно большей частью. Вон, Динари спросите — они жили со стехом много лет.

Сделал он вас рабами? — Он что–то спросил Динари по–эртазански. Послушал ответ и перевел: — Динари вот говорит, что стех ни разу не воспользовался своими способностями.

— Но с тобой–то воспользовался? — возразила Ира.

— Воспользовался, — согласился Вадим. — Но, я думаю, все, что он хотел сделать — это «попросить», — он показал пальцами кавычки, — меня присмотреть за Динари с братом. В конце концов, достаточно не смотреть им в глаза.

Ну и кроме того… Получил я от него многое. А вообще–то мне по барабану куда идти, хоть в Шар, хоть в пирамиду. Главное, в самую резню не попасть.

Ира взглянула на меня умоляюще.

— Андрей, не бросай нас, пожалуйста…

— И в мыслях не было! — отрезал я.

— Тогда, к чему весь этот разговор? Конечно, мы пойдем за тобой!

— Ну и отлично. А что Динари?

— Динари пойдет с нами! — Отрезал Вадим и что–то сказал девочке. Она кивнула, улыбнулась и ответила на довольно картавом, но правильном русском:

— Я пойду с вами в Шартан, господин Андрей.

— Господа все в Париже, — хмыкнул я. — Просто Андрей. Ну, или, если так уж хочется — Андрей Иванович.

— Хорошо, господин Андрей, — совершенно серьезно кивнула девочка, и мы все заржали.

— А вот теперь — все спать.

— Андрюх, сигналку ставить? — спросил Вадик. — Вокруг телеги?

— Ставь. Только без взрывов, просто хлопок.

— Да понял я, понял…

***

Вадим Третьяков, Эртазания, 22 изока, ночь, утро.

— Сегодня был чудесный день, хоть и трудный, — шепнула мне Дина на ухо, когда мы все завалились под телегу. — Спасибо тебе за него.

— Мне–то за что?

— За то, что рядом был, — еле слышно шепнула она и завернулась в одеяло, прижавшись к брату.

Я устроился рядом, и некоторое время прислушивался к дыханию девушки. Чувствовал я себя все еще странно. Наверное, впервые в жизни мне хотелось о ком–то заботиться. По–настоящему, без дураков.