Дурная кровь (Павел Веласкес-2)

Получилось плохо и неубедительно, но сержант внезапно расщедрился. Возможно, потому, что Волкова была действительно неплохим детективом и могла принести ему пользу. Или потому, что он не хотел спорить с сумасшедшей.

– Ладно, опроси людей в том здании напротив, они наверняка что-то или кого-то видели. Всё, иди.

Сержант и вправду был занят – на такт-очки приходила информация с камер, дроны над площадью снимали место преступления, и вот-вот должен был подъехать сам капитан полиции Нижнего.

– Семь человек, – полицейский, который сопроводил Волкову и Хорхе до офисного здания, охотно делился тем, что узнал.

– Четыре трупа и трое раненых, одного из них в шею подстрелили, его в госпиталь Святой Марии вот только что увезли. Этот парень отстреливался и попал убийце прямо в глаз. Представляете, детектив, с места, почти не целясь, через всю площадь прикончил этого ублюдка. Я вам вот что скажу, он герой, настоящий герой.

За короткое время в ратуше и возле неё собрался весь руководящий состав полиции Нижнего, капитана отчитывал мэр, лейтенанты подгоняли своих подчинённых, криминалисты работали с трупами внизу, баллистики засели на том этаже, где нашли кровь и вещи снайпера.

Волкова пробыла на площади Сервантеса около двух часов, успев за это время опросить охрану здания, сотрудников фирм на последнем этаже и просмотреть записи с камер. К трупу стрелка её не пропустили, там занимались своим делом те, кто был на хорошем счету у начальства, поэтому она отдала Уэсту то, что накопала, а потом уехала в управление, составлять отчёт. Это заняло у неё еще примерно час, информация всё время поступала, появились списки жертв.

Без десяти минут до конца второй трети она решилась, и сделала телефонный звонок, а ещё через пять минут толкнула дверь в кабинет нового лейтенанта.

– Чего тебе? – Рауль Торрос, высокий, под два метра, мощный брюнет с решительным подбородком и короткой стрижкой, недовольно посмотрел на детектива. Торроса перевели из Модены в октябре, когда лейтенант Эскобар наконец-то перебрался в Бюро спецопераций.

– Вот, – Настя положила перед ним планшет, ткнула пальцем в нижнюю часть.

– Объясни.

– Алекс Лещинский, ранение в грудь, сейчас в больнице Винсента. Он живёт на нашем участке, лейтенант, мы можем потребовать свою долю в расследовании. Я уже запросила разрешение.

– Что ты сделала?

– Позвонила в департамент, и сказала, что мы обязаны опросить пострадавших жителей нашего участка. Они, естественно, были против, но я зарегистрировала свой звонок.