Выбор в пользу свободы

После чего присела на корточки и коснулась правой рукой линии окружности.Это было второе дыхание для стороны некромантки: поверженные зомби Осоки поднялись, подчинённые Ламией, развернулись и помчались на своих же товарищей — если бы между трупами, которые по сути были марионетками, могло быть товарищество. С боку на поле понеслись плохо вооружённые, не очень ловкие, зато многочисленные мертвецы — это Ламия проверила местное кладбище. А ещё в игру вступил Вандер. Надев на голову ведро вместо шлема, защитив себя примотанными крышками от кастрюль и досками, он рубил топором человечье мясо если не в фарш, то на шашлык.

А потом вся эта мертвечина понеслась прямо на Осоку. Та молча развернулась и стремительно, гораздо быстрее обычного человека, побежала в темноту, пока её не накрыло трупняком.— Беги-беги! — крикнула ей вслед Ламия. — Успей хорошенько спрятаться до рассвета, а то тебя вытащат и на кусочки порвут!— Ула-а-а! — закричала Тези и засмеялась. — Мы победили!— Я удивлён, что нам пригодился всего один план, да и тот самый первый, — довольно заметил Фиаро. — Тебе понравилась битва? — спросила Ламия Тези.— Да, отсень, хи-хи! Только...Но Фиаро тут же прервал девочку.— Мы рано обрадовались.Ламия вгляделась вперёд. Войско мертвецов впереди начало как будто подкрашиваться, точно внезапно устало и легло поспать, но не было видно, почему так происходит. Контроль Ламии работал исправно, об этом говорила её истончающаяся рука. Только когда странное явление добралось до отставших, все поняли, что это было. Это была Осока. Огонёк её глаза превращался в светящийся след, как от падающей звёзды, так быстро она двигалась, рубя шеи, ноги, руки длинным кинжалом и снося головы и прокалывая сердца шпагой.Махая топором, на неё пошёл Вандер. От удара шпаги из-под низа отлетело ведро, а в следующее мгновение туда полетела голова Вандера.— Вот сука быстросующая! — с досады выругалась Ламия. — Ладно, ещё пришью ему голову.Но этим надеждам не суждено было сбыться. Осока взмахами шпаги посбивала со здоровяка всю его защиту и кинжалом перерезала ему мышцы, вспорола брюхо и покромсала кишки.Коротко отдышавшись, она посмотрела на Ламию — тонкое, бледное, внушающее ужас существо, измазанное кровавой кашей, против высокой, костлявой, глазастой ведьмы с рыжей гривой и в откровенном и грязном чёрном платье. Их разделяли всего-то шагов пятнадцать.— Кажется, тебе пора сдаваться, — сказала Осока, правда, без особого энтузиазма.