Нуониэль

Рыцарь откинул стенку и пропустил конюха вперёд.

— Ночи ждут, — прошептал Ломпатри, входя за ним. — Коль тебя раскроют, будут сразу брать.

Стенка палатки приподнялась. Обернувшись, коневод и рыцарь увидели на фоне оранжевого пламени силуэт Акоша.

— Темно здесь, — громко произнёс Закич. — Пойдём на свет.

— Воська! — окликнул слугу рыцарь. Старичок протиснулся в палатку и стал поднимать нуониэля. Ломпатри успел что-то шепнуть слуге, когда тот вёл «зверушку» к выходу. Слуга еле-заметно кивнул.

В костёр добавили дров.

Разбойники столпились вокруг: всем хотелось посмотреть на сказочное существо. Ломпатри снова занялся сухарями. Закич стал разбинтовывать шею раненого. Сам объект внимания разбойников был сегодня живее всех живых. Сидел он прямо, дышал ровно. Всё его внимание приковало пламя, пляшущее на сырых ветках. Воська, пыхтя и ругаясь, притащил к костру сундук, стоявший на телеге. Открыв его, он стал копошиться в вещах, посматривая то на Закича, то рыцаря.

— Инструмент есть? — спросил у Воськи Закич.

Слуга стал судорожно перебирать хлам в сундуке. Через некоторое время он извлёк оттуда кожаный свёрток и протянул Закичу. Тот развернул его и стал разглядывать медицинские принадлежности.

— Неплохой наборчик, — сказал Закич, — разглядывая свои же тоненькие ножички, пилочки и иголочки.

— А твой наборчик где? — спросил вдруг Акош, поднимаясь на ноги. — Ты ведь лекарь.

— Откуда у меня такие? — засмеялся Закич. — Я ведь бедный.

— Да у него и походной сумки нет, — сказал один жирный разбойник.

— А может, вы заодно? — спросил верзила, что наткнулся на лошадь Закича, когда тот прятался.

— Стойте! — закричал вдруг один коротышка. — Этот парень — рыцарь. Рыцарям нельзя врать! Пусть он скажет.

— Эй ты! — обратился к Ломпатри Акош. — Это ведь твой лекарь, так?

Ломпатри выдержал паузу. Один пузатый разбойник уже вытащил из ножен ржавый меч. Рыцарь понюхал почти превратившийся в уголёк сухарь, потом снова поднёс его к пламени и сказал:

— Не перед тобой, холоп, мне отчитываться.

Акош смолчал. Все замерли. Неожиданно главарь бандитов ударил ногою по костру, и в Ломпатри полетели горящие головешки. Кто-то закричал: «гады!» Зашипели обнажаемые клинки. Разбойники кинулись в атаку. Закич и нуониэль сидели ближе всех к разъярённым гостям, и на них пришёлся первый удар. Воська, по тайному приказу рыцаря, притащил с сундуком и оружие. Теперь он кинул лежавшему на земле Ломпатри рыцарский меч.