Осколок вечности

Курт улыбнулся и покачал головой:

— Нет дорогой мой, сначала ты поешь, иначе у тебя не будет сил смотреть представление. Сэр Алекс, не могли вы принести нашему герою что-нибудь поесть, я думаю, смогу его вылечить.

Сэр Алекса молча вышел из комнаты. Он так и простоял всё время у двери.

— А это был настоящий рыцарь из древнего рода, он может многое рассказать о рыцарских сражениях.

— Правда? — удивился мальчик.

— Правда, — тепло улыбнулся Курт, — но сначала мы тебя вылечим.

— Дядька знахарь сказал, что я не болею, у меня ничего не болит, — пожаловался мальчик, — я устал просто, много играл.

Курт погладил мальчика по голове.

— Да, дядька знахарь прав, ты не болеешь в привычном смысле. Тут другая болезнь и болеешь не только ты, но и твои родители, но я их тоже вылечу, обязательно.

Курт продолжал гладить мальчика по голове, пока не пришла его мать с тарелкой бульона.

— Только немного, — предупредил её Курт, передавая мальчика — пару ложек.

— Вы его вылечили, — глазами полными слёз она смотрела на мага, — ему лучше?

— Ему лучше, но я не вылечил его, лишь небольшой фокус, чтобы вернуть ему интерес к жизни, это поможет не слишком на долго. Кормите его.

Курт вышел из комнаты, возле двери топтался отец семейства. Он с надеждой уставился на мага.

— Если бы это был взрослый, он бы давно умер. На детей проклятия действуют не так, слишком сильна в них воля к жизни, да и жизнь в них ещё не испорчена мерзостью этого мира.

— Проклятье!? — охнул трактирщик.

— Проклятье и проклят не мальчик, прокляты либо вы, либо ваша жена.

— Но почему же мы живы?

Курт пожал плечами:

— Проклятья бывают разного действия, это проклятие действует не на проклятых, а на их потомков. Кто знает, может, проклят ваш дедушка. Я не смогу снять проклятье, чтобы его снять, нужно знать, кто его наслал.

Трактирщик помрачнел.

— Что же нам делать? Может колдуна и в живых уже нет?

— Это как раз неважно, мы бы просто раскопали его могилу взяли кость или немного волос и сняли бы проклятье.

Трактирщик отшатнулся от мага.

— Так же нельзя, за такое боги накажут.

Курт насмешливо изогнул бровь.

— А насылать проклятье на людей — это хорошо? За это боги не накажут? Поверьте, мне, я ни раз раскапывал могилы, чтобы помочь бедолагам вроде тебя. Обиженные девы, злоязычные тёщи и просто завистливые соседки способны на многое.