Осколок вечности

На счёт раскопанных могил Курт врал, могилы он раскапывал всего два раза и то не для снятия проклятья, а для сбора материалов для лаборатории учителя, некоторое фрагменты человеческого тела неплохо подходят для различных снадобий и ритуалов.

— Мальчик поел, — сэр Алекса выглянул за дверь.

— Хорошо, ­­— кивнул Курт, — Сэр Алекс, если вас не затруднит, расскажите мальчику несколько каких-нибудь «рыцарских историй» из тех, что нравятся мальчишкам.

Сэр Алекс кивнул и скрылся за дверью. Молчаливый рыцарь нравился Курту.

— А вы, — обратился маг к главе семейства, — найдите чёрного петуха и принеси сюда. Живого. Но сначала принеси мне вина, сегодня у меня будет трудный вечер.

Курт вернулся в обеденную залу, где остался ждать трактирщика. Трактирщик быстро принёс бутыль вина и вышел из трактира. Через десять минут к Курту присоединился сэр Алекс.

— Мальчик уснул, — сообщил он Курту.

Рыцарь опустился на скамью напротив мага, налил себе вина, сделал несколько больших глотков и несколько секунд помолчал.

— Ты не снимешь проклятье?

Курт отрицательно мотнул головой, сейчас он был занят разбором своего почерка в книге.

— Я не смогу этого сделать, во-первых, как я уже сказал уважаемому трактирщику, для этого нужно знать, кто его проклял, а он даже предположить не может кто бы это мог быть. Во-вторых, это очень сложный ритуал, для проведения которого нужны специфичные ингредиенты, а таких у меня нет.

— И долго его придётся носить? — голос сэра Алекса был сух, — Мальчик хороший, он не заслужил такой доли.

— Мальчик — нет, — согласился Курт. — А родители? Вы же не знаете, чем они занимались, может трактирщик разбойничал по молодости и где-нибудь в лесу они уложили мага, а тот их на смертном одре-то и проклял.

— Почему-то так всегда выходит, — понуро сказал рыцарь, — за грехи отцов расплачиваются дети, почему боги это допускают?

— Не знаю, — пожал плечами Курт, — я своих родителей не знаю, так что я за них вроде, как и не в ответе.

Лёгкая улыбка тронула его губы.

— Ничего-ничего, благородный рыцарь, сейчас мы сделаем мальчишке такой оберег, что все обзавидуются, а после совершеннолетия можно будет и его и снять. Там проклятие должно ослабнуть.

Трактирщик вернулся взъерошенный и красный. В руках он держал мешок, в котором кто-то недовольно квохтал и бился.