Осколок вечности

— За нами пристально наблюдали с десяток человек, причём взгляд некоторых мог бы и уколоть. Странно, что ты не почувствовал, я думал, что маги на такие вещи горазды. А вообще сейчас большая часть мужчин в полях, детей посадили по домам, потому что время сейчас не спокойное, разъезд ещё этот промчался. Странно, что они вообще заплатили трактирщику, обычно они берут всё, что хотят и когда хотят.

Дальше ехали молча, солнце светило на непокрытую голову мага и под солнечными лучами его рыжая голова была словно в шлеме, отливающим медным цветом.

Сразу за селом начались поля, и действительно, через некоторое время Курт увидел одинокие фигурки крестьян, согнутых в тяжёлой работе над своими посевами.

— Тяжёл крестьянский труд, — не выдержал молчания Курт, — нам с вами повезло, барон, не правда ли?

Сэр Алекс от такого обращения поморщился:

— Зови меня по имени, Курт, — ему явно не нравилось обращение по титулу. — Крестьянский труд тяжёл, но я не считаю, что это везение или не везение, просто некоторым суждено трудиться на земле, для других призвание — это бой, для третьих — колдовство.

Каждому боги отмеряют своё. А вообще иногда я жалею, что не родился простым крестьянином, жить на земле, трудиться, добывать пищу трудом, а не кровью.

— А я бы ни за что не променял свой плащ на крестьянскую рубаху, поверьте, сэр Алекс, я побывал в самом низу этой цепочки и ничего хорошего там нет.

— Ты из крестьян?

Курт рассмеялся:

— Нет, я ещё ниже, я — дитя улиц, до восьми лет скитался по закоулкам Ардона и крал кошельки, пока меня не поймал мой учитель.

— Значит, тебе повезло, маг, всё ведь познаётся в сравнении. Мне сравнивать не с чем, я пятый сын барона, худо-бедно образован, научен драться и выставлен из дома с десятком золотых, десять лет служил в армии. Понимаешь, Курт, я устал от крови, от бессмысленных столкновений на границе, от грабежей.

На мужественное лицо сэра Алекса легла тень, он задумчиво жевал нижнюю губу и больше не отвечал на вопросы Курта, отделывался ничего не значащими фразами.

Курт решил отстать от своего попутчика и погрузился в созерцания пейзажа.

Двигались до вечера самого вечера без остановок, проехали мимо парочки сёл, в которых решили не останавливаться, эти безымянные деревни выглядели такими же заброшенными и пустыми, как и та, в которой рыцарь и маг провели ночь. Тоска и запустенье царили в маленьких деревушках. Ночь застала путников далеко от сёл, возвращаться назад не хотелось, а до следующего села ехать было неизвестно сколько.