Боги как люди

На самодельной табличке ножом было высечено одно лишь имя: «Мэри». Рядом стояла другая могилка, на наспех сделанном надгробии которого значилось «Роберт».

Ева присела на колени и положила букетики одуванчиков и ромашек, которые насобирала по дороге. Слеза скатилась по её щеке и упала на свежий бугорок могилы.

Она встала. Вик положил руку ей на плечо. Ева посмотрела в тяжёлое безучастное небо.

— Мама, папа, если вы всё ещё меня слышите… Знайте, я всегда вас любила, — ком в горле мешал говорить. — Я никогда вас… не забуду! Не забуду! И я… я за вас отомщу! Вы говорили, это плохо… но я отомщу! Надеюсь, там вам хорошо, и вы навсегда будете вместе…

Девочка оттёрла слёзы рукавом.

— Теперь ты скажи, Вик.

Вампир откашлялся.

— Я… не знал вас, но… я уверен, что вы отлично воспитали дочь и…, — слова давались ему с великим трудом, — я обязательно о ней позабочусь. Да.

Слёзы уже вовсю текли по щекам Евы.

— Вик?

— Что?

— Почему всё именно так? Почему жизнь так жестока?

— Хотел бы и я знать, кроха…

Девочка прижалась к его худому животу и заплакала, уже не стыдясь слабости.

Вик ещё долго гладил Еву по её грязным и лохматым платиново-золотистым волосам.

Глава 4. Мир чертовски опасен, Ева

О вампиризме бытует великое множество мифов. Рождались они как в байках у костра, так и в церковных трактатах – дабы выработать к вампирам больший страх и ненависть.

Я десятилетиями изучаю вампиров, и могу заверить вас: забудьте о чесноке, осиновых колах и прочей белиберде. На свой страх и риск заявляю о том, что «заразиться» вампиризмом может любой, и количество грехов на это не влияет.

Заблуждением является также то, что солнце для вампиров убийственно – нет, оно вызывают у них лишь неприязнь на психологическом уровне и не наносит никакого вреда…

Элизабет Дёрн. «Всё о вампирах».

Солнце будто бы насквозь пропитывало угрюмые болота своим ярким золотистым светом. Вдалеке трелью заливался дятел. Деревья же не роптали, а лишь спокойно шелестели, и даже воздух казался сегодня свежее, чем обычно.

Девочка, стоя неподалёку от Норы, заправила белую льняную рубаху в мешковатые домотканые штаны. Перевязала верёвку, выполняющую роль ремня. Покрутилась, осматриваясь.

— Ну как? — сухо спросил Вик.

Вампир, с ног до головы закутанный в накидку, опирался на большую палку. Чувствовал он себя дурно – солнце, так радовавшее Еву, он любил так же, как коты любят воду. Поэтому и предпочитал лишний раз не высовывать голову из-под капюшона.

— Нормально…, — протянула девочка.