Двое из легенды

— Да нет здесь никого, ни единной живой души. Только я. Вы не представляете, как здесь скучно.

— Мне очень жаль, но нам надо идти, — с сожалением произнесла Онере.

Мейю вздохнула.

— Что ж, идите. Счастливого пути. И постарайтесь вернуться живыми. Или мертвыми. Но лучше, конечно, живыми. Братец Рейн, пожалуйста, береги Онере, эта девочка мне очень дорога.

Рейн кивнул, подумав о том, что мир определенно заклинило, раз его уже в третий раз просят уберечь сестру, теперь вот уже и призрак.

Лес, по которому они шли, был таким же нескончаемым, как и подземный ход.

И таким же неприглядным – деревья здесь росли чахлые и неказистые, с половины уже слетела листва, и стволы их с голыми ветками были похожи на скелеты застывших в нелепых позах людей. Издалека тянуло холодной болотистой сыростью, под ногами похрустывала покрытая инеем трава.

О том, какой дорогой идти до столицы, споров не возникло — если деревня под наблюдением, то и на тракте небезопасно. А потому осталось единственное — кружный путь через Змеиный бор, где вряд ли будут рыскать всадники, поскольку лошади змей не любят, да и люди не особо жалуют.

Рейн тоже не питал любви к ползучим гадам. В отличие от Онере — с первой змеей она чуть ли не расцеловалась (Рейну показалось, что та ей тоже обрадовалась); второй вежливо уступила дорогу (Рейну очень хотелось запустить в устрашающее создание одним из своих шаров, но он сдержался); третья, гигантская зеленая мирта, такого размера, что от ее вида все внутри холодело и сжималось в узел, выползла навстречу специально, чтобы поздороваться со змеелюбивой сестрицей.

Онере растаяла от счастья. Чудовище, качнув треугольной головой и попробовав воздух раздвоенным языком, довольное, отбыло восвояси. С этого момента и до конца пути ни одной змеи им больше не попалось.

Не попалось им и людей. Весь путь до самого края леса Рейн и Онере проделали, обсуждая план действий. Точнее, пытаясь его обсудить — Онере то и дело находила причину восхититься чахлой растительностью, поэтому разговор постоянно прерывался.

В результате, когда показалась крепостная стена, решение, что делать дальше, так и осталось витать в воздухе.

Не спеша покидать лесное убежище, Рейн и Онере сели передохнуть на поваленном дереве, глядя на ленту дороги, которая тянулась к черной точке ворот. По дороге неторопливо двигалось несколько повозок — южный въезд в город не пользовался популярностью.

— Слушай, а что потом? — спросила Онере.