Двое из легенды

Огненный шар почти сорвался с его ладони, но тут за спиной раздался повелительный голос, который заставил руку дрогнуть, шар — изменить траекторию, а Онере дал шанс отскочить в сторону. И вспомнить о том, что и она тоже имеет при себе оружие.

— Оставь мою дочь в покое!

Призрачная женщина, вышедшая из тьмы, заставила Кремкриха побледнеть. Онере тут же узнала в ней гостью из сна. Однако вскоре испуг на лице колдуна сменился самодовольной улыбкой.

— Теперь ты бессильна, Элеонна, твои дурацкие штучки больше не могут на меня повлиять.

Можешь остаться и посмотреть, как я разделаюсь с твоей дочуркой. Ты ведь знаешь, что призраки не могут причинить вреда живым.

— Ошибаешься, — послышался мужской голос, и рядом с женщиной, выступив из темноты, появился еще один призрак. — Мы можем забрать тебя с собой.

— Да ну, — Кремкрих усмехнулся. — Если ты про ту байку о трех душах, так это все сказки. Я убивал целые семьи, и никто из убитых ничем не смог мне навредить.

К тому же, вас всего двое. Но это легко исправить. — и он, не оборачиваясь, швырнул в Онере полыхающий огнем шар. Та чудом успела отскочить, метнув в колдуна горсть серой пыли.

Кремкрих выставил руку ладонью вперед, и пыль, ударившись о невидимую преграду, осыпалась на пол.

— Жалкая попытка, — прокомментировал он. — Какой-то порошок. И это все, на что ты способна? Дочь великого колдуна, жалкая никчемная девчонка, позор своего рода… — Понимая, что это провокация, Онере сдержалась.

Видя, что удар не достиг цели, Кремкрих сменил тактику. — Убийца матери… Ты ведь знаешь, что именно твое рождение ее убило? Знаешь? Тебе об этом рассказывали?

— Замолчи, подлая душонка! — воскликнула королева Элеонна, однако Кремкриха ее крик не напугал.

— Да ладно, я всего лишь сказал ей правду. Разве не так? Разве не из-за этой никчемной девчонки ты ушла в мир теней? А ты, Ульрих, разве не из-за нее лишился всего, что имел: короны, власти, титула, денег.

.. Если бы в ту роковую ночь твоя сентиментальность уступила здравому смыслу, ты, возможно, остался бы королем, пожертвовав всего лишь одним ребенком, которого и не особо-то любил.

— Замолчи! — в гневе воскликнул Ульрих.

— Да-да, — скривился Кремкрих и, глянув на Онере, продолжил: — Папочка не слишком жаловал тебя после кончины супруги. Ведь причиной ее смерти стала ты.