Неудачники

А если начнет отражаться отраженный урон — иногда и такое бывает, — то она живо превратится в обугленный уголек. Вот и думай. Если она будет использовать направленные заклинания, то демоны ее загрызут, а если массовые, то демонов-то она положит, но заодно угробит и себя. Так что без помощи ей никак!

— Хватит меня обсуждать, — недовольно прошипела Монтрозо. — И вообще хватит стоять. За дело. А то демонов найдет кто-то другой.

— Согласен, — кивнул Ланс. — Надо идти. А пока идем, вы расскажите мне, как узнали, где скрываются демоны.

— Ничего сложного, — ухмыльнулся Кевин. — Есть на рынке старушка одна с даром колдовским. Одноглазая. Травница-повитуха. Все про нее знают и за помощью иногда обращаются. И странность-то: вчера на рынке все молоко прокисло. Народ решил, что эту пакость она учудила. Слухи нехорошие пошли, и к старушке заглянула делегация торговцев. А она-то ни сном, ни духом. Уж не знаю, как старушка доказать смогла, что невиновна, но народ от нее ушел. А она, не будь дурой, решила проверить, кто это рядом с ее домом чудит.

То ли в зеркальце глянула, то ли кости кинула, то ли варево в котле сварила (не очень я в этих делах колдовских разбираюсь), но выяснить в чем причина — выяснила. А как выяснила, стала вещички собирать, желая из города сбежать, ибо в соседнем доме кто-то демонов призвал. Тут-то я к ней и нагрянул.

— Удачно вышло, — задумчиво произнес Ланс.

— Да, слух по рынку пошел, — развел руками Кевин, — а я решил проверить, вдруг что интересное выйдет.

Как видишь, не прогадал.

Рэм шел рядом с Кевином и все пытался вспомнить, где же он слышал похожую историю. Ведь совсем недавно кто-то рассказывал про то, что у всех торговцев молоком из-за одноглазой бабки-колдуньи скисло молоко. К сожалению, память делиться воспоминаниями не спешила.

***

Снаружи этот дом не выглядел убежищем демонов. Двухэтажное здание ничем не выделялось среди множества точно таких же: первый этаж из кирпича; второй, нависающий над первым, из дерева; над чердаком — красная черепичная крыша.

Фасад дома выходил на широкую улицу Каменщиков, по которой и ездили телеги, везущие товары на рыночную площадь, а задворки — на безымянный переулок, которому вполне бы подошло название «Вонючий». Дома здесь стояли впритирку друг к другу. В одном из них располагалась лавка тканей, о чем оповещали огромная вывеска, стеклянная витрина и громогласный хозяин, распинающийся о необычных свойствах тканей, собранных в его лавке.