Неудачники

Если же нет, то я не откажусь от бочонка хорошего пива. Желательно из Скандской пивоварни. — Капитан посмотрел на солдат, держащих Торина и приказал: — Отпустите его, ребята. Думаю, он воздержится от лишних движений. Правда ведь?

Торин тяжело поднялся, неровным шагом добрался до своего места, где уселся на землю и сгорбился, прикрыв лицо руками. Остальные «Небесные Дети» старались не смотреть на него, не трогать, не замечать, как будто между ним и всеми остальными пролегла полоса отчуждения.

— Отлично, — как ни в чем не бывало заключил капитан.

Эти слова вызвали беспокойство. Кто-то застонал, кто-то задрожал, кто-то сжался, постарался сделаться как можно меньше и незаметнее.

Капитан подошел к невысокому толстячку с тоненькими усиками над мясистыми губами.

—Вот ты, дай мне свой камень души.

— Что? — Толстяк сжался и обеими руками прижал камень к груди. — Не отдам!

— Камень души, — голос капитана заледенел.

— Не отдам! — Взгляд толстяка метнулся к высохшему телу старухи. — Я не хочу кончить как она!

— Так, значит?..

Что еще собирался сказать капитан, осталось неизвестным. Его прервал безумный смех.

— Я понял! Я понял! Я наконец понял! — запрокинув голову, смеялся тощий паренек, что назвал себя Кевином. Выпирающий кадык ритмично подергивался. Кевин отсмеялся и зло, с чувством превосходства, посмотрел на капитана. — Вы не можете взять камень души без разрешения! Вы можете обманывать, можете запугивать, но отобрать его вы не можете! Это же классика!

Паренек снова засмеялся.

— Вот значит как? — Капитан оставил толстяка в покое и медленно подошел к Кевину. На лице капитана гуляла зловещая усмешка. — Значит, камень души мне не получить? Думаешь, я не смогу отобрать его у тебя?

— Не сможете! — Кевин принял вызов. — У вас ничего не выйдет, пока я не разрешу! А я не разрешу!

— Мысль, конечно, интересная, — медленно произнес капитан, продолжая усмехаться, — но ошибочная.

— Что?

Увлекшись общением с Зиверсом, Кевин не заметил, как оказался окружен его подчиненными. Дальше все было просто и очень банально. Кевина вдавили в землю, камень отобрали и передали капитану.

— Как же так? — застонал Кевин даже не от боли, а от унижения. — Я не мог ошибиться!

— А вот так. В жизни ошибаются все, — ответил капитан и стал разглядывать полупрозрачный шарик. Насмотревшись вдоволь, Зиверс зло сплюнул: — Знаешь, я тоже ошибся.