Гринвуд

Оба револьвера щелкнули бойками по выгоревшим капсюлям. Лиам остановился.

  Тягучий, словно мычание коровы, голос прозвучал сзади. Лиам развернулся. Неспешно, как ему показалось. А вот Лерою показалось иначе, он испугался. Лиам увидел, что ствол пистолета медленно уходит вниз, и понял: Лерой жмет на спуск. Времени задумываться, почему так медленно, не было, и Лиам выпустил револьвер. Пригибаясь, бросил стилет, целя в живот. Сверху просвистела пуля противника, а стилет, точно арбалетный болт, прошел через трапецию над самой ключицей.

Прошел навылет и отколол изрядный кусок камня в кладке за спиной Лероя. Тот открыл рот и заорал. Приглушенно, как будто рот был забит едой.

  Лиам бросился к врагу, и, едва оказался внутри камеры, вопли Лероя сильно резанули по ушам. Тот повалился на пол и зажал рану рукой. Пускай магия здесь и не работает, зато физику никто не отменял. Лиам поднял револьвер и навел на врага.

  - Не думал, что так кончится?

  - Выстрелишь в безоружного? - дрожа от боли, спросил Лерой.

  - Ты стрелял мне в спину, ты устроил засаду, в которой убили Волчонка.

  - Но сейчас я беззащитен.

  - Тем более ты мне этого не забудешь.

  Лиам смотрел на дрожащего от боли и страха ублюдка - все силы уходили, чтобы удержать внезапно налившийся тяжестью револьвер. Как просто было стрелять в Ратлера, в одержимого - они держали в руках оружие. А вот сволочь Лерой, сотню раз заслуживший смерти...

  - Я клянусь! Клянусь всеми святыми, что исправлюсь.

Никто, слышишь, никто больше не пострадает из-за меня! - Лерой даже заплакал, и чертов спусковой крючок будто слился с металлом револьвера.

  - Заткнись! - Лиам саданул Лероя сапогом в лицо, тот заныл заметно тише. Тысячи мыслей завертелись в голове. Злость, ненависть, боль словно навалились на спусковой крючок, и он начал медленно поддаваться, но потом пришла совесть и тихим, вкрадчивым голосом напомнила, что Джон бы так не поступил. - Агр-р-ра-а-а-а! - Запрокинув голову, то ли прорычал, то ли прокричал Лиам.

Потом решительным шагом вернулся за револьверами. Свой засунул за пояс, а в револьвер Лероя вставил патрон из гренадерского. - Один, - показал он Лерою. - Четыре, - показал второй и бросил его к ногам адъютанта. - Бери! У меня один патрон, у тебя четыре. Давай! - Но Лерой только заскулил и пополз к стене. - Бери же, черт тебя подери, тварь трусливая! - Рука наткнулась на стилет, и, чтобы не дать врагу повода, Лерой его отбросил.