Цепи Ярости

И повозка испорчена - одно колесо отсутствует, другое валяется на земле, борта сломаны, передняя ось, кажется, тоже… Слуга, сгорбившись, сидела на земле, и опустив голову глядела на учинённые разрушения. Ругать её? Нет смысла. Полагаю, тут скорее уж виноват я сам - мне нельзя отпускать контроль над яростью… К тому же инициатором последнего приступа ярости был я сам. Я вздохнул.

    - Собери вещи, приготовь обед. Добудем транспорт при первой возможности, а пока пойдём пешком…

    Мёртвых лошадей я сжёг, воспользовавшись зельем отступника, а кости Слуга закопала - изломаные трупы опять же привлекут ненужное внимание, лучше не рисковать.

Вещей в повозке оказалось многовато; сперва я хотел бросить часть запасов продуктов - всё равно всё это легко можно купить вместе с новым транспортным средством - но Слуга заявила, что в этом нет необходимости. Топор, молоток - и вскоре средних размеров конная повозка превратилась в большую тележку, в которую она и "запряглась". К сожалению, недостаточно большую, чтобы место в ней нашлось и мне…

    Не могу сказать, чтобы скорость нашего передвижения заметно упала. Собственно, она ограничивалась только моими возможностями - Слуга была способна тащить тележку намного быстрее, и никаких признаков усталости не выказывала. Я, в общем-то, тоже оказался способен шагать до вечера, но небыстро, и Слуге пришлось подстроиться под мою скорость.

    В попавшейся в этот день деревне, увы, лошадей на продажу не нашлось, как и какой-нибудь другой тягловой скотины.

Здесь держали только овец, свиней и кур - ну, и собак. Но хотя последних кое-где и применяют в качестве тягловых животных, сейчас был не тот случай.

    Поскольку деревня оказалась бесполезной, задерживаться в ней мы не стали.

    К сожалению, на ходу практиковаться в волшебстве слишком сложно, так что мне оставалось только осматривать окрестности и думать. Впрочем, надумать ничего тоже не удалось.

    Вечер, ужин, ночёвка… Утро, дорога. Мы продолжали двигаться вперёд. Движение по дороге становилось более оживлённым; повозки, как встречные, так и попутные, попадались уже несколько раз, но мы взаимно игнорировали друг друга. Однако…

    - О, смотри-ка! Барахольщик с тележкой!

    Я повернулся. Фразу, относящуюся определённо к Слуге, произнёс кучер большого серого фургона, сравнявшегося с нами и ехавшего рядом.