Вульпус. Книга I: Языки пламени

Он был ростом с Марка, с золотистыми волосами, ниспадающими на плечи и немного завивающимися на концах, худым лицом с ямочками, белесыми глазами и острым носом, немного поднимающимся кончиком вверх. Уголки его тонких губ при виде Марка немного поднялись вверх, но глаза оставались мертвенно–печальными, как будто в них отпечаталось что–то настолько ужасное, что никогда не могло их покинуть.

Но лицо этого длинноволосого юноши было не единственным его украшением. На нём была зеркально чистая серебряная броня со множеством золотых изображений цветов, зверей, разной геральдики и символики.

Эта броня походила на Катину, но была она более приталенной и изящной, можно сказать, что его броня была даже более женственной. Этот рыцарь опирался на невероятно огромный меч, который даже трудно было назвать мечом: это был сплошной чёрный кусок металла, покрытый ржавчиной и останками запекшейся крови. На этом массивном мече были видны неровные зазубрины с острых сторон лезвия, как будто бы этот меч обладал зубами со всех сторон. Рукоятка этого двухметрового чудовища была обёрнута в какие–то грязные тряпки и бинты, неаккуратно свисавшие с неё.

Контраст между мечом и его владельцем поразил Марка. Они как будто бы друг другу не подходили: отвратительное грязное оружие и его прекрасный статный владелец.

– Очень приятно, – рыцарь протянул закованную в золото руку Марку. Голос у него был удивительно нежным. Такой голос подошёл бы средневековому поэту–менестрелю, а не железному титану.

"Вот это пёстрый фрукт, – сказал Вульпус, – Он случайно не играет в синема́? Ему бы это подошло."

– Здравствуйте, – Марк решил покрасоваться и призвал железную перчатку, часть своей брони. Они пожали друг другу бронированные руки, – Вы Станислав Викторович?

– Нет, – вкрадчивым тихим тоном ответил юноша, – Я Лев Данилович, но зовите меня просто Лев. Слежу за ходом проведения операции. Всех уже повязали, сейчас проходит допрос.

– Допрос? – Марка насторожило это слово и особенно ассоциации, связанные с ним, – Кого допрашиваете?

– Да опять поводыри эти.

– с тихой ненавистью произнёс Лев, – Уроды пустили на мясо человек двенадцать. Всем бы им головы уже поотрывал, если бы не протокол.

– Поводыри? – спросил Марк, – Это ещё кто?

На вопрос Марка Лев ответить не успел. Его перебил скрип старой квартирной двери, из которой высунулся небольшой человечек. Это был мужчинка с гладким лысым черепом, похожим на подставку для дорогой вазы.