Выход Силой

И это мне очень нравилось.

А тут обыск! Это, в первую очередь означало, что кто-то проявляет к моей персоне сильный интерес. Кто именно и почему? Что искали и нашли ли чего хотели? Все вещи на месте, но ведь информация тоже ценный ресурс. Одних фотокопий пачки старинных свитков из «тако же и ларец злаченого древа» довольно, чтоб кое-кому надолго испортить аппетит. Хорошо, что будто предвидя саму возможность досмотра вещей, не стал брать надежно запечатанный, да еще и зачарованный ларец с собой. А больше… Кроме свитков у меня ничего этакого и нету.

Информационный носитель вместе с серебряным «валькнутом» я на цепочке, на шее ношу. Самое ценное всегда с собой!

Погано, что никак не отреагировать на вторжение нельзя! Ни с какой стороны. Те, кто знает лишь об одном моем лице – обычного парнишки из глухой провинции – будут удивляться, почему я не сообщил о попытке ограбления. Ведающие больше, станут подозревать всякое, уверившись, что я проглотил обиду.

И уходить из комнаты было нельзя. Ниссе – они такие.

Сказано: в помещении должен сохраняться порядок, значит – будет. Я и обыск бы не обнаружил, не явись в общежитие несколько раньше обычного.

Следующим уроком должна была стать гимнастика. Класс, относительно дружной гурьбой, отправился в раздевалки, а я побежал в свою комнату. Отговорился, что, дескать, позабыл взять с собой надлежащую, для занятий гимнастическими упражнениями, одежду.

Нельзя сказать, будто бы я стеснялся собственного тела. Две ноги, две руки. Одна голова. Все как у всех.

Все на месте и ничего лишнего. Если конечно не считать татуировки. Рано, еще слишком рано было их демонстрировать. Попади они под внимательный взгляд знающего человека, и о попытках казаться обычным школьником из провинции можно будет забыть. А я, повторюсь для надежности еще раз, на ближайшие полгода намерен был лишнего внимания не привлекать.

Теоретически, можно было вообще от уроков гимнастики отписаться. И такой вариант со стариками воспитателями обсуждался. И нужно то было всего на всего предоставить в канцелярию Лицея документ, удостоверяющий мое занятие спортивными видами искусств на профессиональном уровне.

С конкретным видом спорта только не определились. Из того, многообразия дисциплин, чем сейчас развлекают далеких от физического труда граждан империи, мне только фехтование худо-бедно подходило. Но после всестороннего недельного обсуждения, старцы пришли к выводу, что мне все-таки от идеи стоит отказаться.

И причины были озвучены две.