Выход Силой

– Мне было интересно читать историю Летовых. В первом веке отрядом в триста человек суметь пройти так далеко на восток от Хольмгада – это прямо эпическое деяние...

- Воинов было только шестьдесят. Еще около тысячи – простые крестьяне с семьями, - я использовал слово «ektemanns», что, вообще-то означает «истинные воины». Тот, кто в сражениях полагается не только на силу рук, и крепость стали, но и обладает дарованной Богами Силой магии. Бритты называют таких людей варлордами, латиняне magus bellator, а константинопольские ромеи полимагусами.

И даже в те легендарные времена, в эпоху Богов и Героев, шесть десятков таких витязей были могучей силой.

- В сети пишут о трех сотнях...

- Врут.

- Да пусть хоть демоны ночи сожрут их гнилые сердца. Сути это не меняет. Легендарная семья. Фантастическая.

Я фыркнул и никак не стал комментировать. Как и говорить о том, что в стране найдется уйма людей убежденных в обратном.

- Сведений о действующем князе в Сети нет. Последняя информация – о пропавшем без вести при таинственных обстоятельствах Рутгере Летове.

И то, это было давным-давно. И тут я подумала... Сложила все, что о тебе известно: аристократическое воспитание, навыки бойца ближнего боя, сетевую таинственность, знание истории клана и даже место, откуда ты в Берхольм приехал... Улалу – это ведь чуть ли не самое сердце Горного Алтая? Верно? Исконный родовой майорат Летовых...

Невольно задержал дыхание. Все мои усилия изображать из себя обычного школьника могли в одночасье рухнуть в мусорную яму, приди эта горе-сыщик к верным выводам.

- Ну да, - продолжила она, с подозрением на меня взглянув. – Самым логичным было бы сказать, что ты и есть никому прежде неведомый наследник княжества. Но, согласись, было бы странно встретить в нашем, в общем-то – второсортном, Лицее такого небожителя. Нет. Княжич – это круто, но совершенно невероятно. Близкий родственник – да! Двоюродный брат? Признанный бастард? Думаю – как-то так. Меня бы устроил любой вариант из этих двух.

- Тебе-то что с того? – рыкнул я.

Вышло как-то грубовато. Да еще, не иначе – от волнения, перешел на сканди, а он для славянского уха вообще схож больше со звериным рычанием, чем с человеческой речью.

- О! Слышу голос истинного русича, - непонятно чему обрадовалась Баженова. – А с того, Антон, что готовят тебя, скорее всего, к тому, чтоб ты стал правой рукой будущего князя Летова. Верно? Ну, скажи!? Поверь, я умею хранить тайны.

- И правой и левой, - расслабился я.