Выход Силой

К берегу направишь

Дорогой корабль свой,

Будешь смело в сечах

Наносить удары

(с) Egill Skallagrímsson/

Нужно ли говорить, что мне не зашло? Мать? Которую я последний раз видел в шестилетнем возрасте? Корабль? Двенадцатый век на дворе! На орбите Земли уже несколько десятков тысяч спутников и штук пять обитаемых станций! Готовится экспедиция на Луну. Какой, к троллям, корабль? Космический? Дед пофыркал в усы, но согласился, что песня древнего скальда несколько обветшала. А вот другой вариант, тот что с рунами на роге* - этот помог.

/ *Руны на роге режу,Кровь их моя окрасит.Рунами каждое словоВрезано будет крепко.(с) Egill Skallagrímsson/

«Rístum rún á horni…» - выговаривал я грубые слова почти умершего языка, сжимая, скручивая в тугой клубок яростное солнце силы. Мир вокруг как-то сузился, сжался, обесцветился. Только я, волшебные слова тысячелетней давности и непокорная сила, требовавшая навести здесь «порядок».

- Здравствуй, Антон, - изогнула губы в неискреннюю улыбку встретившая у дверей в столовую женщина, числившаяся по документам моей матерью.

Не «сын», не «дорогой». Просто – Антон. Боги продолжали меня испытывать.

- Здравствуй, женщина, - прорычал я на сканди. Ну а чего? Она на славянском, ибо родом из славян, и замужем за славянином. А я природный рус, и говорить желаю на родном языке. А если кому-то не по нраву грубое звучание северного наречия, так я…

«…Рунами каждое слово врезано будет крепко…»

Боги! Они с этим мужиком вообще осознавали, по какому краю прошли? Что было бы, не удержи я пламенеющий Силой гнев внутри себя?

В общем, разглядывать обстановку дома, или блюда на столе у меня особенной возможности не представилось.

Опекун тут же, за обедом, ни крошки ни одного блюда которого я так и не смог в себя запихнуть, предложил выбор. Либо я ночую в гостиной на диване, ибо свободных комнат в доме нет в наличии, а в учебное заведение едем следующим утром. Либо немедля отправляемся в Лицей, где я заселяюсь в имеющееся там общежитие.

К чести подполковника, он тоже сразу перешел на сканди. Смею надеяться, не потому что решил, будто я славянский вовсе не понимаю, а из вежливости. Хоть чем-то из многочисленных правил вежества же он к своим немалым годам должен был овладеть. Впрочем, мои суровые старцы «тако же» этого опекуна к исходу первой минуты встречи уже клюками бы забили насмерть. За урон чести и достоинства господина, так сказать. Ну да они у меня люди старой закалки.