Сто одна жизнь. Пешка.

— Виден? Это как?

— У меня умение есть, я имена вижу.

— Над головой? — ничуть не удивился я, примерно такого и ожидая. Он кивнул. — И что у меня написано?

— Муравей.

— Санитар леса, — я сплюнул.

Не припоминаю, что она говорила о моем имени. Нет, что-то было, но в том потоке информации, что вывалила на меня богиня, это прошло как-то незаметно. Ну и ладно, Муравей, так Муравей.

— Пусть будет Муравей.

Гаргул исчез в траве, шарясь там на четвереньках. Я же сел на мой любимый камень и зажмурившись, подставил лицо солнцу.

— Не знаю, чья ты пешка, но боец ты хороший и я тебе помогу, — Гхорди усмехнулся. — Пойдем со мной в город, там потолкуем. Расскажу тебе все, что знаю сам. А что за оружие у тебя? Ловко ты их открывал, как орехи прямо.

Я усмехнулся. Точно такая же ассоциация пришла и мне в голову, когда мы еще бились. Я протянул ему нож. Глаза гаргула стали большими словно блюдца, он отшатнулся и приложил руку к груди.

— Темные боги, — прохрипел он. — Не показывай его никому. Никогда. Идем. Забирайся мне на спину.

Он опустился на колени и подставил ладонь. Я влез ему на спину, обхватил руками мощную шею и прижался к нему.

Получен навык: рукопашный бой.

Получен навык: бой с короткими клинками.

Получен навык: бой без брони.

Интерфейс не доступен.

Буквы промелькнули перед глазами и исчезли. Интересно, а всегда будет с задержкой? Но думать об этом я не стал, полностью отдавшись страху от мелькающей внизу земли.

Глава 11

Мы сидели в небольшой таверне, или харчевне, или гостинице, или, в общем, мы сидели в маленьком питейном заведении, где-то на краю мира.

До города мы не добрались. Мы бы и его пропустили, если бы я не болтался у гаргула за спиной. Вот с высоты я и разглядел крохотный квадратик городских стен. А поскольку летать не понравилось ни моему разуму, ни моему желудку, я уговорил гаргула приземлиться здесь, твердо намереваясь продолжить путь пешком.

И вот теперь мы сидели за столом и пили. Ну как пили, гаргул пил, я же с ужасом и страхом поглядывал на зеленоватую жидкость в прозрачном высоком стакане, где шевелилось что-то живое.

Пить это мне совсем не хотелось, а гаргула, казалось, не смущает то, что шевелится в жидкости. Он бордо опрокидывал один стакан за другим, заедая выпивку мясом похожей на цыпленка птицы. Вот мясо я попробовал, и надо сказать было оно не самым плохим. Жестковатое, пожалуй, но вполне съедобное.

Мы говорили. Говорили много, я поведал гаргулу свою историю от и до, совершенно не видя причин что-то скрывать.