Пятая Сила

И в третьих, ты, кроме как за фруктами, наружу выглядываешь?

— Нет. К чему? Смотреть и только? Или вмешиваться? Ничего путного не получалось в прошлом, не получится и теперь. Мне и тут хорошо. Сам пью, сам гуляю...

— Ты можешь хотя бы минуту побыть серьёзным? Взрослым?

— Это ты мне говоришь? — в голосе старика было столько горечи, что кот насторожился.

Она не ответила.

— Я ждал столько лет, ждал, вдруг кто-нибудь — придёт. Просто так, навестит. Готовился, часами репетировал умные разговоры, изобретал чудеса.

.. Никто не может остаться молодым после ста лет одиночества. Ста веков...

За время этих слов все вокруг успело поменяться многажды: их окружали сады и пустыни, звёзды и лава, замки и поляны...

Старуха продолжала молчать, но рука, гладившая кота, дрогнула. Едва — едва.

— Вы ведь ненавидите меня только потому, что я исполнил ваши желания. Исполнил до конца. Честно.

Зал, стол, витражи вернулись.

— Ты ведь пришла, чтобы опять — просить. И потом — проклясть за исполненное.

— Правда и неправда.

Мы, я... я проклинаю себя, а не тебя. Но не за то, что сделано, а за то, что не сделано. Но давай оставим прошлое прошлому. Я действительно пришла просить.

— И думаешь, что я...

— Не думаю. Надеюсь.

— Ты...

— Потому что других надежд больше не осталось. Выйди наружу. Прислушайся. И поймешь, что личным обидам сейчас не время.

— Я понял это давно. Много лет назад. Как ты думаешь, почему я заключил себя здесь? Испугался ваших угроз?

— Если понял, то чего же ты ждешь?

— Послушай, я не могу просто надеть латы, взять меч, дюжину запасных голов и пойти рубиться с собственным отражением.

..

— С чем, с чем?

— Дорогая, ты разве не поняла? То, что тебя напугало — не просто вторжение чужих, даже не интрузия...

— Говори понятнее, пожалуйста.

— Это не проникновение параллельного мира, вернее, не изолированное проникновение. Люди слишком хорошо убивают себе подобных. Мир мёртвых перенаселен, и они теперь ищут новых пространств. Они идут к нам, сюда, идут по пути захватывая иные миры.

Бой невозможно выиграть, не имея доступа ко всему полю битвы.

— И ты... — старуха смотрела на него просительно, словно ожидая, что тот одной фразой разрешит все трудности.

— Я? Я и себя-то контролирую едва наполовину.

— Тогда что?

— Епископ Беркли открыл, что мир — это комплекс ощущений. Я открыл обратное. Комплекс ощущений и есть мир.

— Не играй словами.

— Почему? Игра словами — штука серьёзная. То, что вторглось в наш мир — опасное?

— Очень.