Во имя порядка: кузница судеб

Столь опасно близко к свече, что Маттоми показалась будто бы он желает сжечь этот вопрос, а не решать его. Но всё же, собравшись, потерев золотое кольцо, он заговорил:

- Господа, теперь нужно решить проблему, связанную с весьма деликатным делом. Во время битвы три дня тому назад, на военнослужащую Союза, проходящую службу в сводной когорте Первого легиона Первой сводной армии, было совершено нападение со стороны тёмных аэтерн. Для этого, я приглашаю участников разбирательства.

Маттоми оглянулся, завидев, как из глубины залы выходят двое – стройная девушка, надевшее угольно-чёрное платье, подчеркнувшее её темноту кожи, глаза на изящном лице выделены тушью, а губы накрашены в ярко-красный.

На запястье витиеватого вита золотой браслет с рубиновыми вставками – принадлежность к царскому роду. Рядом с ней шагает высокий мужичина из её народа, подчеркнувший аристократическую суть дублетом в тон цвету его кожи, ноги же обтянули высокие сапоги и свободные штаны; волосы убраны в хвост, оголяя вытянутое лицо, так и говорящее о презрении к окружающим. Порядок поддерживают всё те же латники, выделенные маркизом для безопасности заседания.

- Расскажите ваши мотивы и цели, - потребовал Велисарий, когда они встали пред ним. – Всё, что важно для разбирательства. Начнём с девушки.

- Я Фариам Гераклиана, дочь царя тёмных аэтерн, - с дрожью, но держа себя, заговорила дама, уверенно воззрев на Велисария. – Бежала в Эндерал от истязаний и издевательств. И предательства самых родных мне сородичей.

У Союза я требую убежища, защиты и подданства… чтобы защитить меня и, - девушка слегка коснулась живота, охотник понял, что она всё же носит дитя под сердцем… она знает это, но не готова признаться.

- Что «и»? – уточнил Велисарий.

- Ничего… я прошу от Союза всего лишь защиты и безопасности. И я надеюсь на благосклонность вашу… прошу, защитите меня, - едва ли не навзрыд завершила Фариам.

- А вы, мессир? Что вы скажите? – Велисарий дал слово тёмному аэтерна.

- Я – Заратан Фиширх и я пришёл сюда за своей женой.

Пришёл, чтобы вернуть беглянку ради спасения целого народа. И она не совсем правильно назвала свою фамилию, - аэтерна улыбнулся. – Она Гераклиана эз Фиширх.

Слова тёмного аэтерна не вызвали какого-либо удивления, ибо большинство итак догадывались, к чему всё придёт. Наоборот, по зале пробежали вздохи возмущения, кто-то стал шептаться, что это собрание превращается в какое-то безумие, что им не нужно решать вопросы подобного рода.