ЧОП "ЗАРЯ"

— Многое пришлось заложить, — в очередной раз вздохнул Захар, усаживаясь на стул, а потом заметил мой взгляд, — «Джонсон» уже не починить, только если ствол менять, а вот «Крынка» рабочая, приклад только расщепило.

— Ну-да, ну-да, расщепило, — я решил уже не удивляться и тем более спрашивать, что за желтые клыки торчат из треснутой деревяшки.

Противоположная стена напоминала доску детектива-любителя. Стоял массивный стол из темного дерева, а над ним во все стороны расходились бумажки с заметками, фотографии и газетные вырезки.

В некоторых местах на толстые спицы, торчащие из стены, были насажены довольно толстые пачки бумаги. А между некоторыми спицами детективный дед растянул красные нити. И почти все они вели в центр стены к, слабо шевелящийся на сквозняке, старой газетной заметки.

Первая полоса «Столичного вестника», большой материал за авторством некоего Д. Рихтер, где в центре рисунок раскуроченного взрывом и пожаром склада, броский заголовок: «Предательство Ордена.

Погибло двадцать одаренных» и фотография моего отца.

Я обернулся на Захара, но тот лишь покачал головой и кивнул на стол. В ворохе каких-то чертежей, отчетных ведомостей и смятых бумажек лежала толстая тетрадь. Черный кожаный переплет, потертый и лоснящийся от частого использования, на боку два ремешка, втиснутых в медные замки с какими-то символами, похожими на руны.

Видимо, тот самый дневник деда, который мне все объяснит. Надеюсь, что для начала Захар объяснит, как его открыть.

Но он не успел. Снизу раздались торопливые шаги, кто-то бежал, перепрыгивая через ступеньки, и уже через мгновение в дверном проеме появился запыхавшийся пацан лет четырнадцати и с ходу завопил:

— Дядька Захар, в Авдеевке пискуны сработали, кажись, выброс будет, а там Анька рожает и Трофим лежачий, не успеют тикануть, — скороговоркой выдал парень, и только потом заметил меня и перекрестился, — Благословен род, барин, помогите…

— Митька, беги за Гидеоном, поднимай Колуна и Вилы, я сейчас соберусь, — Захар покачал головой, — А барину рано, не готов он еще.

— Захар, я тоже поеду, — я помог ему подняться, — Если все это не развод, то чем раньше, тем лучше. Куда идти?

Глава 3

Захар спорить не стал, как и отказываться от помощи на лестнице. Высвободился и довольно бодро поскакал на своем костыле, уже только на улице.

Если время в наших мирах было одинаковым, то ноябрь здесь оказался на порядок приятней.