Каста Неприкасаемых

Теперь я щелкаю только самых безбашенных и непонятливых, и вскоре в моем царстве мрака наступает блаженная тишина.

В боевом азарте осматриваю поле боя и с чувством удовлетворения выношу победоносный вердикт:

– Поверженный враг бежал, и мое право на это сырое подземелье подтверждено полным превосходством на поле боя!

После такой колоссальной потери энергии ощущаю себя просто выжатым лимоном. От слабости кружится голова, а чувство голода обострилось до невыносимости. Желудок крутит судорогой, и я бросаю взгляд на закрытую дверь.

За ней стоит глухая, пугающая тишина, говорящая – тебя не кормили с того момента как бросили сюда и, явно, не собираются делать этого в будущем.

Откидываюсь спиной к стене и закрываю глаза. Так проще. Голодные спазмы пока еще можно терпеть, но мысль о том, что придется есть убитых мной крыс, становится уже объективной реальностью. К счастью, сознание покидает меня раньше, и я проваливаюсь в черную яму кошмарного сна, из которого невозможно выбраться. Полное забытье сменяется кратковременным бодрствованием, и вновь наваливается беспамятство.

Время превращается в какую-то совершенно бесконтрольную величину. Сколько я уже здесь? День, месяц, год?!

Открываю глаза, в мутной пелене вижу все тот же подвал и снова падаю в бессознательную пропасть. Так повторяется, и повторяется, как неторопливо крутящееся мельничное колесо. Жернова трутся, перемалывая дни, а может месяцы или годы.

После очередного провала опять прихожу в себя и с трудом поднимаю тяжеленные ресницы – все тоже самое, тот же подвал, та же темнота и безысходность.

Или нет?! Плохо понимаю, но чувствую какую-то странность. Размытое белое пятно качается посредине моей темницы. Было оно раньше или нет, я не могу вспомнить? Пятно приближается, а я ничего не испытываю, мне все равно. Апатия и безразличие владеют мной безгранично. Какая разница кто это или что? Если оно принесет мне смерть, я буду ему благодарен за избавление от мучений.

Вдруг что-то щелкает в моем сознании, и я отчетливо разбираю слова.

– Идиот! Ведь просила же, дождись меня!

Чувствую касание теплой руки, и размытое пятно превращается в склоненное надо мной лицо.

«Ильсана!» – Беззвучно шепчет мой изумленный разум, а на ее лице появляется искреннее удивление.

– Живой?!

Рука моей спасительницы нервно шарит в принесенной корзине и поднимается оттуда с кожаной флягой. Живительная влага льется мне в рот, и с каждым глотком я чувствую, как в мое тело возвращается жизнь.